Казак в Аду

Ты, як живий бог, много всего себи позволить можешь, я-то розумию, шо и ты не дурна. Вас, поди, Оранжеви глазки сюды поставил? А по чьему приказу? Вот и смекай, яких дел ты наробыть сможешь на той праци…

— Ванечка, я таки могу попросить вас на пять минут выйти?

— Ты уверена? — неуверенно вскинул бровь осторожный подъесаул.

— Я вас умоляю, шо б мы, евреи, хоть с кем-то не могли договориться на взаимовыгодных условиях?!

— С арабами в секторе Газа!

— Таки с ними мы давно договорились, тока не признаёмся, — тонко улыбнулась израильтянка, за плечи разворачивая любимого на выход.

 — Потому как оно нам надо? Признайся и мы, и они, шо умеем жить тихо, так какая Америка будет финансировать мирный процесс и нам, и им? Погуляйте в тени, никого не рубите, будут приставать девушки с поцелуями — зовите меня…

Иван меланхолично пожал погонами, бросил грозный взгляд на вещающий портрет и, не дослушав чириканье родной еврейки, вышел вон.

Практически из огня в полымя! Или нет, из трагедии в комедию! Опять не совсем то… Как правильно назвать идиотскую ситуацию, при которой твоя перспективная невеста беседует с фотографией на стене («Двое в комнате — я и Ленин…»), а на плацу в это время идёт реальная постановка «Утро стрелецкой казни» в лице одной лошади, двух немолодых эльфов и решительно настроенного отряда бритоголовых мальчиков с автоматами? Вот и я не знаю как…

Значит, не будем строить из себя интеллектуалов, а примем ситуацию, как карты легли.

Ещё великий Сомерсет Моэм писал о том, что «Дураки тянутся к интеллекту, как кошки к огню». Мои читатели не дураки, именно поэтому я и могу разговаривать с ними на равных, без интеллектуального умничанья и высосанной из книг подростковой философии…

— Миллавеллор! Госпожа Нюниэль! — Бывший филолог бесстрашно поздоровался с каждым связанным пленником, адепты в белом держали его на прицеле, но приказа стрелять по казаку явно не поступало.

Несчастным завязали глаза и руки (лошади, естественно, только глаза), но даже в этом случае пожилые влюблённые дружно опустили головы, делая вид, что не узнают знакомого голоса — им было очень стыдно…

— А мы с Рахилью проснулись, зевнули, смотрим, вас нет. Уж думали, может, случилось что?! Потом решили, что вы на разведку отправились или просто на романтическую верховую прогулку вдвоём.

Любовь ведь такое дело, сами не без понятия…"

"— Э-э-э, дорогой казак Кочуев, — кое-как начал собираться с голосом наркозависимый философ, осторожно выбирая слова, — видимо, настал тот момент истины, когда каждая вскользь брошенная фраза, каждый намёк или недоговорённость могут стать причиной ужасающей ошибки… Ибо как говорил просвещённый Джунь Чи: «Всегда лучше заранее знать, с каким из твоих друзей тебе изменяет жена.