Каждый твой вздох

Она оставила ему сообщение на голосовой почте, заверив, что вовсе не сердится и прекрасно проводит время, посещая соседние острова, и ему абсолютно ни к чему волноваться или чувствовать себя в чем-то виноватым."

"Все, сказанное ею, было правдой. Но вот то, о чем она умолчала, делало ее сообщение непристойным, непростительным обманом. С другой стороны, не может же она порвать с ним по телефону! Это нечестно по отношению к человеку, с которым она была вместе много лет, и особенно после того, как он заговорил о свадьбе! От их запланированной десятидневной поездки осталось только четыре дня.

Почувствовав, как изменилось ее настроение, Митчел повернул голову к женщине, подарившей ему самые восхитительные, ослепительные, незабываемые сексуальные впечатления. Рыжие локоны в страшном беспорядке рассыпались по плечам и груди, а фарфорово-белые щеки все еще чуть розовели после занятий любовью, но выражение лица было грустно-задумчивым. Митчел предположил, что она скорее всего думает о своем дружке и гадает, собирается ли он прилететь сегодня.

– Тревожные мысли?

– Не совсем. И не о тебе, – со вздохом заверила Кейт, но тут же улыбнулась и спросила: – Ты был женат?

Обычно подобный вопрос в подобной ситуации настораживал его, но они лежали в постели, время от времени задавая друг другу отрывочные, часто бесцельные вопросы. В конце концов, они только сейчас познали друг друга в самом интимном смысле, и хотя между ними возникли какие-то чувства, фактов явно не хватало. Поскольку они уже обменялись информацией о любимом времяпрепровождении, любимых блюдах, наименее любимых политиках и так далее, вопрос показался вполне резонным.

– Да, а ты?

– Никогда.

В отличие от предыдущих вопросов этот, по мнению Кейт, явно требовал уточнения, потому что она вскинула брови и вопросительно уставилась на него.

– Я был женат три года на Анастасии, дочери Ставроса, – добавил Митчел, чтобы удовлетворить Кейт. Но она явно не удовлетворилась. Перевернувшись на бок, лицом к нему, Кейт прижала палец к его сомкнутым губам.

– Если я умру от любопытства в этой постели, – предостерегла она, – тебе долго придется объясняться с управляющим отелем.

Митчел попытался сделать зверское лицо, но локон мягких волос щекотал его висок, палец касался губ, а против улыбки невозможно было устоять.

– Анастасия была самым младшим ребенком Ставроса и единственной дочерью, – сдался он. – Отец держал ее в строгости и не выпускал из виду, задавшись целью не давать ей ни цента собственных денег.

– А мне казалось, что наследницы греческих миллиардеров вечно пускаются во все тяжкие.

– Ставрос тоже так считал, – сухо подтвердил Митчел.