Каждый твой вздох

По-моему, ему не терпится познакомиться с тобой.

– Почему вы так думаете? – спросил Митчел, втайне наслаждаясь озадаченной улыбкой друга.

– Да ведь он тебе улыбается.

– Возможно, считает меня хрустальной мечтой, – хмыкнул Митчел, ощущая, как предвкушение встречи вытесняет раздражение и скуку.

Глава 4

Кейт Донован стояла на террасе виллы, которую Эван зарезервировал для них в клубе «Айленд», и любовалась пейзажем, казавшимся крохотным уголком рая. Виллу окружал сад, напоенный ароматами цветущего жасмина, белого и красного. Под ослепительно синим небом, усеянным пушистыми белыми облачками, по сверкающим водам залива Мондиз скользили грациозные лодки и блестящие яхты. На полумесяце пляжа, усыпанного белоснежным, как сахар, песком, нежились купальщики, а на заднем плане маячили внимательные служители отеля в ожидании, пока кто-то из гостей поднимет флажок, означающий требование подойти и принести охлажденное полотенце, напиток или какое-то блюдо.

Парочка, пытавшаяся управлять байдаркой около самого берега, сдалась и выскочила из воды, смеясь и таща за собой суденышко. Кейт невольно улыбнулась, на секунду забывшись, прежде чем очередная волна тоски и одиночества нахлынула на нее и унесла все попытки отрешиться от гнетущей скорби по ушедшему отцу.

Остров Ангилья был ослепительно красив, а отель казался мавританским дворцом из волшебной сказки, с куполами, башенками и сказочными садами. Но здесь Кейт была совершенно одна. Вместо того чтобы отвлечь ее от мрачных мыслей, пребывание в этом тропическом раю только усиливало нереальность происходившего и ощущение полной изоляции от окружающего мира, которые она чувствовала со дня похорон.

Телефон зазвонил, и она убежала с террасы, в надежде, что это окажется Эван.

– Кейт, это Холли. Погоди секунду…

Жизнерадостный голос лучшей подруги пролился бальзамом на душу Кейт, как и знакомый лай собак, пробивавшийся даже сюда. Холли была ветеринаром и часто брала в дом бездомных псов, которым неизменно удавалось найти хозяев. Поэтому поговорить с ней без этого хорового сопровождения было почти невозможно.

– Извини насчет шума! – задыхаясь, выпалила Холли. – Я только сейчас взяла спасенного добермана, и он сеет рознь среди остальных. Ну, как Ангилья?

– Изумительная красота. Настоящий рай.

– А как ты себя чувствуешь? Головные боли прошли?

– Совсем. Последний приступ был в самолете из Чикаго. Мне было так плохо, что когда мы приземлились на Сен-Мартене, Эван попросил таксиста доставить нас к врачу. Тот отвез нас к своему доктору, славному старичку, открывшему кабинет в собственном доме. Старичок говорил только по-французски. Водитель немного знал английский, так что ему пришлось служить переводчиком.