Каждый за себя
Давно отгремели битвы Второй Корпоративной войны. И теперь благие корпорации ведут выживших к светлому созидательному будущему… Но почему же тогда мир делится на Чистую зону и Зону отчуждения? Где оно — всеобщее благоденствие? И почему высокая стена Периметра отгораживает стерильную корпоративную реальность от грязи бандитских трущоб? Отчего часовые на блокпостах носят у сердца логотип своей корпорации, а отчаянные бойцы групп быстрого реагирования перед каждым выездом подновляют те же логотипы на бортах своих машин? Чьего взгляда с Той Стороны они так боятся? Кому молятся в смрадных глубинах черных секторов люди, мало отличимые от зверей? Какие ценности остались в мире, в котором навсегда исчезло доверие и ценятся только хитрость и сила? Наконец, кто скрывается за личиной Трех и как он собирается разыграть внезапную карту — выпавшую из корпоративной обоймы Айю Геллан? Добро пожаловать в «дивный» мир будущего с секторами для элиты и отбросов, с докторами, торгующими органами, с безумными учеными, создающими смертоносные вирусы. В мир, где не осталось ничего, кроме расчета. В мир, где каждый сам за себя.
Вообще не отходчивый. Хотя… учитывая, что с твоим везением можно играть в рулетку, причем ставить по-крупному…
— С везением? — удивленно переспросила Айя.
— А то! Я ведь вижу, что ты из каких-то спокойных мест. Из белого сектора, наверное? Пораскинь мозгами-то: угодила в задницу, но сама при этом в полном порядке. Одета, обута, цела, не изнасилована и под надежной защитой. Золушка натуральная.
Ее спутница хмыкнула:
— А Керро, тогда, натуральный принц.
— А хер его знает, — искренне призналась Алиса. — Спроси при случае. Он точно не из низов, но что там у него в прошлом, никто не в курсе…
— Что не из низов, я заметила, — сказала Айя, вспоминая забитые консервами полки кладовой.
— Ладно, хорош трепаться, пришли. Керро велел тебя одеть, как нас. Сейчас займемся, — Алиса с явным предвкушением хихикнула и потянула спутницу к подъезду относительно целой многоэтажки.
* * *Эта дверь была надежная: листовая сталь, глазок видеокамеры. В такую стучать без толку. На такую нужен вышибной заряд… ну, или цивилизованное нажатие сенсора вызова.
— Эй, Менгеле, работенка есть на полчаса, — сказал рейдер.
— За Менгеле плюс сто. Убивать, как Мусорного, не будешь?
— Скажи, кто за тебя заплатит — убью, какие проблемы.
— Шутник.
Замок щелкнул, и Керро, распахнув дверь, вошел. Здесь было богатенько. Вход не сразу в манипуляционную, а через небольшой коридор — в приемную с парой добротных кресел, столиком и даже какими-то картинками в рамках на стене.
— Ну, так что за работа? — вышел навстречу посетителю органлегер.
Он выглядел ровесником Керро — слегка за тридцать, подтянутый, но роста невысокого, гладковыбритый, в белоснежном халате. А лицо располагающее, добродушное.
— Законсервировать вот эту на долгое хранение, — Керро вытащил из внутреннего кармана куртки плоский теплоизолирующий бокс. — А с образца сделать карту ДНК по пятнадцатому комплекту маркеров.
Менгеле забрал материалы и удивился:
— Это кому ж такой древний набор понадобился? Неужто тебе?
— Надеюсь, вопросы риторические? — флегматично уточнил рейдер и добавил: — А! Еще.
— Последний пункт стоит дорого, — оживился органлегер. — Три.
— Пять. Но забываешь навсегда.
— Пять сто. За Менгеле.
— По получении результата.
Доктор Йозеф хмыкнул:
— Другого бы кого послал. Но ты всегда при деньгах. Поэтому жди. Полчаса где-то.
— И, Менгеле, — Керро посмотрел на него со значением, — не люблю нарушений договора.














