Каждый за себя
Давно отгремели битвы Второй Корпоративной войны. И теперь благие корпорации ведут выживших к светлому созидательному будущему… Но почему же тогда мир делится на Чистую зону и Зону отчуждения? Где оно — всеобщее благоденствие? И почему высокая стена Периметра отгораживает стерильную корпоративную реальность от грязи бандитских трущоб? Отчего часовые на блокпостах носят у сердца логотип своей корпорации, а отчаянные бойцы групп быстрого реагирования перед каждым выездом подновляют те же логотипы на бортах своих машин? Чьего взгляда с Той Стороны они так боятся? Кому молятся в смрадных глубинах черных секторов люди, мало отличимые от зверей? Какие ценности остались в мире, в котором навсегда исчезло доверие и ценятся только хитрость и сила? Наконец, кто скрывается за личиной Трех и как он собирается разыграть внезапную карту — выпавшую из корпоративной обоймы Айю Геллан? Добро пожаловать в «дивный» мир будущего с секторами для элиты и отбросов, с докторами, торгующими органами, с безумными учеными, создающими смертоносные вирусы. В мир, где не осталось ничего, кроме расчета. В мир, где каждый сам за себя.
К счастью, идти до самой норы ангело-демонов не потребовалось. На подходе к двадцать шестой в толпе мелькнул парень в черной куртке с нарисованными на ней красными рогами. Керро уже видел этого ушлепка, когда наведывался на ангело-демонскую хату. Тогда рогатый, получив в грызло, сдриснул в окно, а догонять его было лениво.
Сейчас же ссыкливое чмо дерганой походкой шагало в никуда, вытаращив глаза и пялясь вокруг с восторгом идиота.
— Эй, парень, — нагнал торчка Керро. — Ты, часом, не из Демонов Рая?
Он развернул парня к себе.
— Из Нефилимов Света, — тщательно выговаривая слова заплетающимся языком, ответил рогатый и тут же с восхищением сообщил: — Мужик, а ты сияешь! Ты, знаешь, что ты сияешь? — речь быстро утрачивала внятность. — Как гребаная лампочка! Как гребаное солнце!
— Знаю, — Керро ухмыльнулся. — Хочешь так же?
— Ты еще спрашиваешь! — парень вцепился ему в плечо и с благоговейным восторгом уточнил: — Как гребаный фонарь?
— А то! — заверил его Керро, развернул и поволок за собой, не давая сообразить, что к чему. — Даже ярче. Как гребаный прожектор.
Ангело-демон бежал, путаясь в ногах, и дебиловато улыбался, не понимая, что волокут его к уличному доктору. Собственно, он ничего не понял даже когда его туда приволокли, протащили в манипуляционную и толкнули на старое кресло, обтянутое дерматином, из прорех которого торчали клочья рыжего поролона.
— Док, намешай телу «черное сияние», — попросил Керро.
Невысокий плотный мужчина в возрасте «глубоко за пятьдесят» вышел на шум из-за медицинской ширмы, стряхнул с седой бороды крошки, отпил из пластикового стакана горячего сублимата и флегматично спросил:
— Керро, тебя сегодня долго по голове били? Где я вот так вдруг «сияние» добуду?
В ответ на это гость усмехнулся и ткнул пальцем в дурковато лыбящегося «пациента»:
— «Сияние» уже внутри. Ты просто всем остальным закинь.
Док снял со лба очки, нацепил их на нос и вгляделся ангело-демону в лицо. Оттянул торчку сперва одно веко, потом другое, осмотрел дешевый прикид и спросил, повернувшись к тому, кто приволок тело:
— Откуда у этого убогого такое дорогое ширево? — он снова сдвинул очки на лоб и сказал: — Ладно, намешаю. Но если ты с наркотой ошибся, то не сработает. И уж тогда — без претензий. При всем уважении.
Керро кивнул.
Пока эскулап набирал из разных ампул в шприц компоненты, его гость неторопливо фиксировал в кресле клиента. Тот по-прежнему тупо хихикал и изредка шептал: «Сияет!»
Подошедший док решил не утруждаться протиранием грязной ангело-демоновой руки антисептиком — без затей вогнал иглу в вену и ввел смесь.
— А теперь, док, — Керро протянул хозяину три крупные купюры, — иди, погуляй часок. Мы тут пообщаемся.














