Казнить нельзя помиловать

- Седой говорит: убили Савельева какого-то, - сказал Олег. - Возле ""Перекрестка"". Но мы с женой ничего не видели. Мы были там в двенадцать часов... Потом список... Мы звонили этому Савельеву - не отвечает...

- Утром видал, как в мужика стреляли, - сказал я. - А вот Савельев он или кто - не знаю. Ты лучше расскажи...

- Ой, кто тут у нас? - с любопытством спросил грудной женский голос. Я обернулся.

Придерживая тюрбан из полотенца, в кухню вошла жена Олега. Она была, как и муж, очень высокая и со своими длинными ногами и руками казалась странно неустойчивой, словно детеныш цапли, - похоже, стеснялась своего роста. Темные глаза, вздернутая верхняя губка с пушком, как у Лизы Болконской, брови надломлены к вискам. Нет, я не равнодушен к женской красоте, мне нравятся все красивые люди, и собаки, и лошади (львы, орлы, куропатки etc.)

- Пошли мы за продуктами, - начал излагать свою историю Олег. - Потом поднялись наверх. Заглянули в тот отдел. Сам не знаю, почему этого седого стали слушать. Наверное, любопытство. Сначала подумали: многоуровневый маркетинг. Заполните анкеты, купите сковородку за сто баксов, а в придачу вам ""бесплатно"" дадут еще одну ненужную другую хреновину... А когда он начал про какого-то Савельева, да еще заявил, чтоб в милицию не ходили, я понял: тут покруче афера. Завтра позвонят и потребуют внести деньги.

- Какие деньги? - спросила Таня с раздражением - У нас что, есть деньги?

- Одного уже убили, - продолжал Олег, проигнорировав ее замечание. - Я думаю, это предупреждение: так будет со всеми, если не заплатите, квартиру не заложите или еще что-нибудь. Или, может, это средство шантажа. Как-нибудь приплетут нас всех к этому Савельеву, будто мы его убили. Посадят и опять же имущество конфискуют.

- У нас с тобой имущества-то никакого нет, - сказала Таня.

- У нас? - переспросил Олег. (Всякий раз, когда жена произносила слова ""у нас"", лицо его почему-то перекашивалось.)

- Вот у Артема - это тоже из нашего списка мужик, - сказал я, - есть довольно занятные соображения...

- А он кто? - спросил Олег, выслушав мой краткий пересказ Артемовой версии.

- Партайгеноссе от ""Единой""...

- Ясно, - ухмыльнулся Олег. - Политики! Им кругом таинственные организации мерещатся. Не найдут, так придумают. Секта! Бред все это. Обычная коммерческая афера. То есть не обычная, конечно, а весьма странная, но суть одна: плати, или плохо будет.

- Нет, - сказала Таня упрямо. - Я знаю, это телевидение. Ты все сидишь, уткнувшись в клаву, ничего не смотришь, ничего не понимаешь. Знаешь, какие рейтинги у всех этих шоу? Что с тобой толковать, если ты даже ""Реальную жизнь"" ни разу не смотрел...

- Думаешь, это новая игра? - спросил я. Слова ее мне показались убедительными. Конечно, седой отрицал, что это шоу, но, видимо, в том-то и фишка!

- Конечно, шоу, - повторила Таня.