Казнь без злого умысла

– Ты не пойдешь в лагерь, пока не перепишешь сочинение! – орала Алиса, почти срываясь на визг.

Баев в недоумении посмотрел на циферблат часов: неужели он проспал? Такого за ним никогда не водилось… Нет, до звонка еще десять минут. Что случилось?

До него донеслись сдавленные всхлипывания: девятилетний Ванька плакал. Баев встал, накинул спортивный костюм и вышел из спальни. Дверь в комнату сына распахнута настежь, мальчик сидит за письменным столом, а Алиса стоит над ним с разгневанным лицом.

– Что у вас случилось? – недовольно спросил Баев. – Не кричите так, Валерку разбудите.

Трехлетний сын Валерка спал в спальне родителей, куда поставили его кроватку.

Алиса схватила лежащую на столе тетрадь и сунула ее Баеву прямо в лицо.

– Вот, полюбуйся! Почитай-почитай! Им задали написать дома сочинение на тему «Почему нужно учиться». Там ошибок больше, чем букв!

Баев рассеянно взял тетрадь и пробежал глазами несколько строк. Ошибки – да, и много. Почти в каждом слове по две-три. Но что намного хуже – нет связно изложенной мысли. Такую работу сдавать просто стыдно.

– Мама права, – строго произнес он. – Так не годится.

– Он вчера допоздна смотрел мультики, – сердито говорила Алиса, – и пообещал, что встанет утром пораньше и доделает уроки. Я специально поднялась ни свет ни заря, чтобы его проконтролировать. И вот, пожалуйста! Написал! А если бы не встала и не проверила? Он бы это позорище сдал сегодня учительнице и получил свой законный «кол». Просто чудовищно! В школе по русскому языку у него всегда были приличные оценки. А тут – стоило перенести уроки с вечера на утро, и голова уже ничего не соображает. Все, больше никаких нарушений режимов! Никаких мультиков допоздна, и вообще никаких развлечений, пока не будут сделаны все уроки.

Она заглянула в тетрадь, в которой сынишка, хлюпая носом и глотая слезы, старательно выводил: «Сочинение». И строчкой ниже: «Почему нужно учиться».

Баев вздохнул и пошел на кухню готовить себе завтрак. Поскольку Алиса обычно вставала позже и занималась только Ваней, он привык по утрам обслуживать себя самостоятельно. Алиса вышла вслед за ним, молча уселась за стол и принялась грызть орехи, насыпанные в стоящую на столе вазочку.

– Алиса, с ребенком нужно заниматься, – сказал Игорь Валерьевич, разбивая сырые яйца о край сковороды, чтобы сделать себе глазунью.

– Думаешь, я не понимаю?! – взорвалась Алиса. – Я же именно поэтому постоянно отправляю Ваньку к бабке, она как-никак учительница, она умеет с детьми заниматься, умеет объяснять и учить. А я не умею. Выходит, ребенок настолько тупой, что ничему не может научиться. Я так надеялась на этот лагерь, они же обещали развивающие игры… А там требования такие, что Ванька не справляется.