Казнь без злого умысла

А книги и бумаги рука не поднялась выбросить, я ведь в прошлом – учитель русского языка и литературы, так что мое отношение к печатному и рукописному слову, да и вообще к слову, вы можете себе представить.

Егоров настороженно кивнул. Неужели все окажется так просто? Вот сейчас эта милая женщина скажет: пойдемте, я вам все отдам, у нас все сохранилось. Неужели чудеса действительно бывают на этом свете, переполненном грязью, ложью и подлостью?

Но чудес все-таки не бывает. К сожалению. Книги и многочисленные бумаги покойного профессора были сложены в деревянный сарай, который в прошлом году сгорел.

– Мальчишки окрестные баловались, я так думаю, – вздохнула хозяйка дома. – У нас же забор совсем низенький, на сколько денег хватило – такой и поставили, от воров не убережет, зато малыши не убегут. Да мы воров и не боимся, брать у нас все равно нечего. А пацаны по ночам, наверное, в наш сарайчик шастали, курили и винцо попивали, ну, как все подростки. Вот и бросили непотушенную сигарету.

Значит, не судьба.

– Когда пожар случился? – дежурно спросил Егоров, просто чтобы что-нибудь спросить, дождаться ответа и еще немного посидеть в этом уютном радостном месте."

"– Да года еще не прошло, прошлой осенью. И знаете, что самое обидное? Нелепое стечение обстоятельств. К нам прошлой осенью приехала погостить моя старинная подруга, и так получилось, что она целый день пробыла дома одна, дети и старшая внучка на работе, внуки в школе и детском саду, а я с близнецами в поликлинику поехала. Когда вернулась, подруга мне рассказала, что приходил какой-то очень симпатичный молодой человек, интересовался бумагами прежнего хозяина, и она ему сказала, что, мол, бумаги все в целости, и книги тоже, огромная научная библиотека, все в сарае сложено. Он попросил показать, но подруга у меня боязливая, чужих опасается, и не рискнула постороннего человека пускать. Сослалась на то, что она тут не хозяйка, и посоветовала прийти в другой раз, когда хозяева будут дома. А на следующую ночь сарай сгорел. Я тогда подумала: вот жаль, что она его не впустила и бумаги профессора не отдала! Может, пригодились бы кому-нибудь, как-никак научное наследие. А так – пропало все безвозвратно.

Так все-таки бывают чудеса или нет? Неужели настырная москвичка права в своих догадках и профессор Тарасевич знал что-то такое, что очень нужно тем, кто искал его рукописи по истории пушного дела? Никакие секреты кормления пушных зверей никого почему-то не интересовали, хотя тут просматривается прямая экономическая выгода. А вот неоконченная книга по истории, с которой никому никакого навару, интересовала.