Казнить нельзя помиловать
«Хочешь насмешить бога — поведай ему свои планы»… Каково это — пережить смерть любимого мужа и сына, а через полтора года встретить обоих на далёкой планете? Живых… А если тебе выпало с Окраины переселиться во дворец Правителя и провести несколько счастливых лет в любви и богатстве, потерять все в один день, работать «на износ» и жить впроголодь, бежать от мстительного деверя и зайцем проникнуть на грузовой космический корабль под командованием арсианина, представителя единственной расы, ненавидящей ложь? Как сложится твоя судьба после таких потрясений? Сделаешь ли ты все, чтобы вернуть прежнее счастье, или, расправив окрепшие крылья, понесешься навстречу новому? Только никогда больше не говори богу о своих планах, иртея.
Можно сказать, нанял ее на роль няни. Девушка согласилась. Мы прилетели вместе, Ирнат почти не слезал с рук, сидя то у меня, то у Мицури. И категорически не хотел оставаться один. Что мне оставалось делать? Первое время мы все жили в одном бараке — длинное помещение и просто топчаны, на которых спали переселенцы. Потом построили небольшие домики из двух комнат и кухни, она же прихожая, один такой достался мне. Надо было решать, как быть с няней, но Ирнат не оставил выбора: или я, или Мицури. Один он быть не хотел категорически, ни к кому другому не шел. Как оставлять его? С кем? Сидеть с ним и не выходить на работу я не мог: Терра не Даластея, а я — не правитель.
Полгода мы жили так, а потом по поселению поползли сплетни. Мицури ничего мне не говорила, не жаловалась, я однажды сам услышал, как ее имя полощут. И понял, что в эгоистическом желании обеспечить сыну комфорт совсем не подумал о репутации молодой женщины.
Во мне что-то сломалось, Кайли. Я подумал, что не имею права думать только о себе! Ирнат уже однажды потерял маму, и если я отниму у него и Мицури, то неизвестно, как он перенесет вторую утрату.
— Но ты говорил, что эмпат! — не выдержала Кайли. — Значит, знал, как я к тебе отношусь! Не мог не знать! И так легко и быстро поверил, что у меня был любовник? Что я могла бросить сына?
— Я и не верил! Но ты далеко, и чувствовать твою любовь я больше не мог, а свидетельство нового брака висело перед глазами. Люди меняются, Кай! Любовь приходит и уходит, превращается в ненависть или наоборот.
Кайли вздохнула, покачав головой.
— В постели Мицури?
— Не совсем. Да, я предложил ей пожениться, но не потому что хотел заменить тебя, а чтобы ее перестали попрекать, называя шлюхой.

















