Хан
Как выжить в городе, где тебя ненавидят? Как жить, оставишь один на один с неласковой судьбой, когда твои крылья сломаны? Как не упасть на колени в осколки разбитого счастья, под взглядом черных глаз, в которых нет и капли жалости? Как найти в себе силы доверять тому, в чей власти этот город, черные деньги, безжалостная сила и….твоя душа.Я всего лишь «школьница» для человека, который обладает всем, не боясь сломать. Но я пройду этот путь босыми ногами по стеклу, касаясь его руки лишь кончиками пальцев, сколько бы судьба не разводила нас друг от друга, сколько бы боли не причиняла.Он- Хан. Король этого города. Тот, кто подчинил себе мир, построив из грязи свой замок, облачая его в черный бархат и золото. Он — Хан и у него нет сердца….его не было…до меня.18+!
Закидывая сумку на плечо, я обернулась, с легкой улыбкой прошагав обратно до Хана, который уже привел себя в порядок и выглядел как всегда идеально, глядя своими горящими черными глазами, которые сверкали и переливались, словно драгоценные камни, склонившись над ним в кресле снова, чтобы легко поцеловать в терпкие губы, прошептав:
— Два-два, братец Теоман…
И для пущей убедительности проскользила губами по щетинистой щеке, опускаясь к его шее, куда укусила, как это постоянно делал он, оставляя и на нем тоже свою метку, слыша его приглушенный и явно возбужденный смех.
Под этот смех я уходила величественно и победно из кабинета, слыша за спиной его мурчащее и довольное:
— Принято, мавиш."
"Мне не пришлось даже ждать, когда разойдутся люди, чтобы легко выпорхнуть из его кабинета.
К счастью, на горизонте никого не было, хотя крошку Хазал было бы неплохо встретить в этот неожиданный момент, жаль, что она убежала куда-то слишком далеко в поисках своего дорого и любимого босса.
В нереально отличном настроении я прошагала до лифта, поднявшись на два этажа выше в свой отдел, отыскав Искандера в кабинете, который кинулся ко мне с огромными глазами:
— Пупсик, ты в порядке?
Ох, в каком же я была порядке!
Едва ли я смогла бы это рассказать, даже если бы могла говорить, поэтому просто кивнула в ответ, видя, как он рассматривает меня, смешливо прищурившись, и словно отмечая какие-то особенные детали, которое мне надо было бы срочно скрыть.
— Выглядишь явно довольной, — хмыкнул Искандер, усаживаясь прямо на письменный стол и продолжая смотреть на меня хитро и лукаво, отчего я начинала предательски смущаться, — Где ты столько была? Я тебя обыскался!
Порывшись в сумке, я снова достала планшет, который — хвала небесам — не разбился и был целенький и здоровенький видимо только благодаря своему меховому мягкому чехлу, чтобы написать на нем быстро: «В туалете»
— О… — выдохнул Искандер, вдруг широко улыбнувшись, — да, заглянуть в него я как-то не догадался! А к Теоману заходила?…
Я показала на сумку, дернув плечом, на что мужчина рассмеялся:
— Точно! Глупый был вопрос, согласен!.
Я улыбнулась, благодарная за то, что Искандер не стал допытываться о том, почему я столько времени провела в туалете, и о чем говорила с Ханом, даже если было странное ощущение, что он что-то понял по моему виду, как бы старательно я не приглаживала волосы и не одергивала свою одежду.
Уже через пару часов Искандер увез меня домой, отправив Каана, который пришел, чтобы сообщить мне, что они с Теоманом уезжают с работы и ждут меня у нашей служебной машины внизу.















