Хан

Он не мог сделать это!

НЕ МОГ!

Я уже не слышала того, как зазвучала новая мелодия и люди вокруг снова принялись танцевать, что-то радостно выкрикивая и подпевая задорной мелодии, бросившись вперед, но даже не представляя, куда я бегу и чем мне это поможет. Как сможет убрать эту боль внутри хоть на чуточку, чтобы я смогла сделать хотя бы один вдох.

Я неслась вперед, распихивая на своем пути людей, которые продолжали танцевать и веселиться, не понимая, что мой волшебный вечер, где душа впервые решила отдохнуть, был разбит вдребезги, словно тонкий лед, который своими острыми осколками ранил все внутри, превращая меня в едва дышащую тень.

Залетев в какую-то дверь, я даже не знала, где именно нахожусь, закрыв ее на замок и падая на холодный мраморный пол, ударяясь коленями и сворачиваясь, чтобы обхватить с силой грудную клетку, которая не могла раскрыться…я не могла дышать.

Больно.

Как же было больно, пока я хватала ртом воздух, зажмуриваясь и боясь увидеть в темноте собственных век, как Хан снова и снова поднимался по ступенькам вверх, а вслед за ним шли девушки…девушки, которые переглядывались, широко и соблазнительно улыбаясь, явно готовые ко всему…

Я не могла дышать, судорожно хрипя и стуча холодным кулаком по груди, чтобы легкие стали работать

….

…чтобы не было этой удушливой тошноты, которая сжигала изнутри, колючим комком преграждая путь воздуху в горле, которое словно было уже ушка ледяной иголки.

— Лейла! Открой!!!

Испуганный и впервые серьезный голос Искандера было слышно, даже сквозь гул басов от звучащей за дверью музыкой, когда мужчина настойчиво стучал кулаком, дергая ручку, которая дрыгалась, но никак не хотела поддаваться ему.

— Пупсик! Ты слышишь меня?!

Стук в дверь стал еще более настойчивый, громкий и вместе с тем истеричный, когда к голосу Искандера добавился голосок Неслихан и еще две ладошки, которые тарабанили по двери:

— Сестренка, не пугай нас так!!!! Открой немедленно! Лейла!!

Но я не могла подняться…"

"Я больше ничего не могла, хватая ртом воздух, и стуча по своей груди снова и снова, словно забыла, как нужно дышать, слыша, лишь как колотиться испуганно в груди сердце, а в больной сумасшедшей голове снова и снова звучит голос Хана.