Хан
Как выжить в городе, где тебя ненавидят? Как жить, оставишь один на один с неласковой судьбой, когда твои крылья сломаны? Как не упасть на колени в осколки разбитого счастья, под взглядом черных глаз, в которых нет и капли жалости? Как найти в себе силы доверять тому, в чей власти этот город, черные деньги, безжалостная сила и….твоя душа.Я всего лишь «школьница» для человека, который обладает всем, не боясь сломать. Но я пройду этот путь босыми ногами по стеклу, касаясь его руки лишь кончиками пальцев, сколько бы судьба не разводила нас друг от друга, сколько бы боли не причиняла.Он- Хан. Король этого города. Тот, кто подчинил себе мир, построив из грязи свой замок, облачая его в черный бархат и золото. Он — Хан и у него нет сердца….его не было…до меня.18+!
— …а ты пойми, что невозможно всегда все контролировать, Тео, — покачала она головой медленно, снова вздыхая, — я вижу, что ты сделал свой выбор. И он не правильный. Ты не сможешь отпустить ее. Я не смогу отпустить тебя. Тогда нам просто нужно поставить в этой истории жирную точку…
— Хан, какого черта она говорит? — напряженно застыл за Симран Ирландец, сжимая руками автомат и готовый кинуться к ней в любую секунду, от любого резкого движения, не думая о том, что иногда достаточно легкого прикосновения, чтобы вся жизнь пошла под откос.
Симран не дрогнула и не изменилась в лице, медленно повернув руку и нажав большим пальцем на окровавленную зажигалку в своих руках, которая не полыхнула искрой и ровным маленьким пламенем, а издала резкое и отчетливое ПИП, на секунду раньше, чем Ирландец выхватил ее из руки загадочно улыбающейся девушки, что прошептала:
— …мы все могли жить, мой любимый…но сгорим все вместе, не доставшись никому.
Если она хотела бросить зажигалку на пол, который, возможно, был пропитан бензином, то было довольно странным то, что творилось с зажигалкой.
— О чем ты говоришь? — рыкнул Хан, делая угрожающий порывистый шаг к Симран, которую уже ничего не страшило, пока она стояла, легко раскачиваясь, словно танцуя и улыбаясь каким-то своим мыслям, явно находясь в себе.
— Говорит, что классику любит, — пробурчал Ирландец, который рылся в зажигалке, вдруг рявкнув, отчего я подпрыгнула, хватаясь дрожащими пальцами за шелковую подкладку пиджака Хана, — Черт! Слышал когда-нибудь «так не доставайся же ты никому», а?
— Говори яснее!
— Походу это место заминировано, друг мой! И твоя чокнутая бывшая жена только что активировала пуск!
Я медленно моргнула, понимая, что сердце в какую-то секунду просто перестало стучать, глядя во все глаза на Ирландца, который быстро закивал головой Хану:
— Не смотри на меня так, красавчик! Я ничего не пил перед вылазкой и был специалистом по вооружению в армии вообще-то! Такие штуки делают профессионалы, и у нас не больше пяти минут, чтобы свалить отсюда….
От разъяренного крика Хана пошел гул в этом большом пустом ангаре, на что Ирландец криво хмыкнул:
— Не знаю, что ты там сказал, но если сматерился, то я полностью с тобой согласен! Надо валить отсюда! И как можно скорее!
Мужчина еще не успел закончить фразу, как Хан схватил меня крепкими руками рывком заставляя бежать, и отправляя прямиком в руки Ирландца, когда все вокруг пришло в движение, словно спокойно спящий до этого мир вдруг очнулся и встрепенулся, зашевелившись везде и сразу, когда в руках Симран откуда-то оказался пистолет, который выстрелил с оглушающим хлопком.
В меня.















