Хан
Как выжить в городе, где тебя ненавидят? Как жить, оставишь один на один с неласковой судьбой, когда твои крылья сломаны? Как не упасть на колени в осколки разбитого счастья, под взглядом черных глаз, в которых нет и капли жалости? Как найти в себе силы доверять тому, в чей власти этот город, черные деньги, безжалостная сила и….твоя душа.Я всего лишь «школьница» для человека, который обладает всем, не боясь сломать. Но я пройду этот путь босыми ногами по стеклу, касаясь его руки лишь кончиками пальцев, сколько бы судьба не разводила нас друг от друга, сколько бы боли не причиняла.Он- Хан. Король этого города. Тот, кто подчинил себе мир, построив из грязи свой замок, облачая его в черный бархат и золото. Он — Хан и у него нет сердца….его не было…до меня.18+!
Он просто хмуро ждал, когда я выйду, даже не моргнув своими черными длинными ресницами, заставляя меня сомневаться в том, не приснился ли мне поцелуй в дороге.
Я вышла в напряженной тишине, не понимая, в чем была виновата и что могу сказать в свое оправдание, когда, стоило дверце машины захлопнуться, как она тут же дернулась вперед хищным диким зверем, унося с собой хмурого Хана…который так и не обернулся.
3 глава
Если черное тяготело к черному, то, кажется, становилось понятно, почему моя неласковая судьба так потакала черным деяниям Хана…словно все складывалось как-то само собой, прикрывая нашу ложь, потому что в тот вечер нашей первой поездки, девочек еще не было дома, когда я вошла в кухню, дрожащая и потерянная.
Платье и туфли были спрятаны.
Аромат Хана смыт душем.
И вроде как все было хорошо, вот только моя внутренняя дрожь никуда не собиралась уходить.
Следующее утро и первый день прошел в полной эйфории, когда я металась из одного чувства в другое, то хихикая, прикасаясь кончиками пальцев к своим губам, не в силах забыть того, что творил Хан в машине. То поражалась себе сама, начиная злиться оттого, что придаю этому слишком большое значение. Да, пусть это был мой первый настоящий поцелуй, при чем, настолько горячий и всепоглощающий, что губы оставались припухшими весь последующий день, но нельзя было себе позволять расслабиться. Нельзя было позволить Хану забраться в мои мысли еще дальше…
Я и так вздрагивала от каждого позвякивания колокольчика на входе кафе, ожидая услышать красивый, мелодичный, холодный голос. Я постоянно прислушивалась, глядя на часы, и сердце стучало, словно сумасшедшее, когда в духовке пеклась новая порция булочек с корицей, в ожидании того, что, возможно, и в этот раз их аромат приведет к нам Хана…
Вот только булочки были готовы, а скоро распроданы все до единой…а Хана так и не было. Как не было от него тех темнокожих парней, что могли приехать за едой по поручению их жесткого властного шефа.
День второй был наполнен печалью и полным непониманием происходящего."
"Хан по-прежнему не появлялся. И в голове начинали возникать странные, ранящие душу мысли, что, возможно, со мной все-таки, не все в порядке, и обследование в больнице открыло что-то, что оттолкнуло Хана…Да, я отчетливо помнила его довольные глаза и очаровательную улыбку, которой он наградил врача, после того, как она принесла ему результаты, о чем-то приглушенно проговорив. И, конечно же поцелуй…только чем это могло помочь мне, если Хан словно сквозь землю провалился?
Булочки с корицей в тот день вызывали тянущую тоску и полную потерянность, когда хотелось, чтобы волшебным образом он снова появился в отражении дверцы духового шкафа, оплетая своим пряным ароматом, от которого кружилась голова.














