Хан

Будем поздно, нас не жди, сразу ложись спать! — быстро поцеловав и помахав рукой, Джеки закрыла за собой дверь, снова оставляя меня наедине со своими мыслями и ноющей пустотой в груди.

Я не боялась одиночества, я уже привыкла к нему, но в этот вечер мне было как никогда неуютно дома…даже если все было по-прежнему: на кухне пахло едой из кафе, которую девочки принесли с собой, а на втором этаже раздавались приглушенные голоса актеров сериала, который так любила смотреть бабушка. Все было как обычно…кроме меня.

Каждый раз я надеялась на то, что душ смоет с меня все горести, и, выходя из ванной в своем смешном розовом халате с капюшоном и ушками, мне бы хотелось, чтобы я родилась заново из густого пара и аромата чистоты и свежести, словно Афродита из морской пены.

Только, кончено же, вода лишь смысла его стойкий пряный аромат, разбередив рану ее сильнее…

Как жаль, что на душу нельзя наложить повязку, чтобы стало легче дышать.

Нацепив на себя тапочки и вытирая мокрые волосы, я не знала, куда мне деть себя, чувствуя потерянной и одинокой в этом доме, даже если физически не была одна. Не хотелось тревожить бабушку своим присутствием, поэтому, заглянув к ней и убедившись, что у нее все в порядке и в комнате витает хорошее настроение от просмотра любимых героев, я спустилась на кухню, принявшись бездумно убираться, переставляя все с места на место. Только и это не спасало…

Промучившись какое-то время, я все-таки обреченно поплелась в свою спальню снова, понимая, что мне никуда не сбежать от своих чувств и мыслей, и все, что теперь остается — это сидеть на холодном подоконнике и глазеть в черную ночь, раз за разом потирая ноющую грудь холодной рукой.

— Боже! — я отшатнулась назад, ударившись спиной о закрытую за собой дверь спальни, когда поняла, что не одна, и высокая стройная фигура вальяжно сидела на моем стуле, превращая и без того маленькое помещение в совсем уж крошечное.

В полумраке темной комнаты, освещенной лишь ночной лампой, сверкнули черные глаза, и чувственные губы растянулись в полуулыбке, показывая свои ямочки на щеках:

— Не хотел пугать тебя, мавиш.

Я на секунду закрыла глаза, пытаясь понять, это бред, галлюцинации или я начинаю сходить с ума?

Как Хан мог оказаться в моем доме? Мало того! В моей спальне! Вот только дыхание бреда не могло быть таким слышным, как и навязчивый терпкий аромат, который витал незримо над своим хозяином, заполоняя собой все пространство, и подбираясь ко мне плотным туманом, оседающим на кожу.

— Что вы здесь делаете? — выдохнула я, прижимаясь к двери сильнее и судорожно пытаясь понять, что делать теперь. Лучше бы он был просто видением или призраком! Ну, упала бы в обморок, ну ударилась бы, может, отбила бы зад и голову, но зато была совершенно одна, когда пришла бы в себя.