Херувим

Когда я подвозила тебя в первый раз, ты тоже беседовала с ним, а вовсе не с Геной. И звонил мне ночью тоже он, у него есть дурная привычка контролировать любую область жизни, в которую он вкладывает свои деньги. Иными словами, я нахожусь под контролем чеченского террориста?»

Юля так увлеклась, что чуть не въехала в фонарный столб на повороте. Иномарка 123 погудела с легким упреком. Анжела спокойно спала и даже стала тихонько посапывать. Она выпустила пары, скинула порцию негативных эмоций и успокоилась. Действительно «анфант терибль».

«Что дальше? – думала Юля, выруливая на стоянку перед клиникой.

 – Террорист узнал правду и охотится за подлым клеветником? А тот, не дурак, обратился за помощью к ФСБ, и теперь ему из подручного материала изготовили двойника? Кто же он такой, этот Стас Герасимов? Чем он заслужил столь трогательную заботу полковника Райского? Или дело в деньгах? Он оплатил свою безопасность столь щедро, что его решили охранять по полной программе? Но как бы ни был он богат и ценен, он все-таки не Иосиф Сталин, не Адольф Гитлер, не Саддам Хусейн. Райскому нужен чеченец, вот в чем дело. А Герасимов, судя по всему, человек слабый, ненадежный, непредсказуемый. Он не может стать достойной наживкой. Райский решил использовать Сергея. Он военный. Возможно, воевал в Чечне, знаком с террористом и имеет с ним свои личные счеты. Но почему такая секретность? Почему нельзя было предупредить Сергея заранее? И почему так сложно взять чеченца, если Анжела говорит с ним по телефону, набирает номер, собирается встретиться у себя дома?»

Наружная дверь клиники оказалась запертой. В субботу клиника работала до шести. Юля позвонила, в голубоватом полумраке выросла фигура мальчика-лейтенанта, он открыл дверь.

Глаза у него припухли, наверное, он уже лег спать на диване в комнате отдыха.

Как и предполагала Юля, ничего страшного у Анжелы не произошло. Пока она снимала повязку, осматривала швы, обе молчали. Когда Юля закончила, подошла к двери и пожелала спокойной ночи, Анжела жалобно застонала.

– Ну в чем дело?

– Подойдите ко мне, пожалуйста. – Юля вернулась к койке, наклонилась и услышала: – Все, что я орала в машине, ерунда. Забудьте.

– А что ты орала в машине? Ты просто испугалась, когда я чуть не сбила собаку.

Это вполне естественно.

* * *– Миша, делай, делай же что-нибудь, – тихо повторял генерал Герасимов. Он явился в свой бывший кабинет в известном здании на Лубянке в парадном мундире, нацепив все свои орденские планки."

"Теперь хозяином кабинета стал полковник Райский. Вместо портрета Дзержинского полковник повесил великолепную репродукцию «Ночного дозора» Рембрандта, официальный подарок отделу от голландских коллег. На большом старинном сейфе в углу несколько десятилетий стоял мраморный бюст Ленина.