Херувим

Впрочем, спать вам пока ни с кем не придется, вы еще долго не сможете оправиться после автокатастрофы. И орать не придется. У себя на фирме вы вряд ли появитесь. Как зовут начальника охраны банка «Триумф»?

– Плешаков Егор Иванович. Прозвище Плешь.

– Когда вы встречались с ним в последний раз и о чем говорили?

– Я приехал в банк на следующий день после убийства шофера Георгия Завьялова.

– Гоши. Шофера вы всегда называли Гоша и фамилию его вообще не помнили. Продолжайте.

– Я приехал в банк, чтобы выяснить, почему заблокирована моя кредитная карточка. Меня проводили в кабинет Плешакова.

Там находился Владимир Марленович Герасимов.

– Папа, – криво усмехнулся Райский, – там находился ваш папа. Вы уже знали о том, что убит шофер?

– Нет. Но это неправда. Я соврал.

– Так, стоп. Что за импровизация? – Райский снял очки и удивленно уставился на Сергея.

– Это не импровизация. Я трижды просмотрел видеозапись разговора в кабинете начальника охраны, и мне странно, как участники разговора не заметили, что Стас врет. Ладно, с генералом, то есть с папой, все понятно. Он очень нервничал, и вообще он лицо заинтересованное.

Но Плешаков должен был догадаться.

– Догадался он или нет, мы с вами все равно не узнаем, – пожал плечами Райский, – в конце концов, зарплату он получает из рук вашего папы и на многое предпочитает закрывать глаза. Как вам кажется, вы бы в этой ситуации сумели соврать искусней?

– А зачем?

– Ну мало ли зачем люди врут? Есть тысячи разных причин.

– В этой ситуации врать мне пришлось бы только по одной причине – если бы я сам убил шофера Гошу.

– Зачем же вам было его убивать?

– Пока не знаю.

– Вы не делали этого, – широко, ласково улыбнулся Райский, – вам это было совершенно не нужно.

А соврали вы потому, что малодушно удрали, увидев в машине труп шофера.

– Я что, идиот?

– Нет. Вы не идиот. Но вы жуткий трус и лентяй. Вы, как теперь принято выражаться, «пофигист». Кстати, запомните это словечко. Итак, вы удрали вместе с вашей подругой Эвелиной потому, что вам до смерти не хотелось общаться с милицией, давать показания. Вы тихо смылись, оставив все как есть. И в этом, заметьте, вся ваша человеческая суть. Убить кого-то вы вряд ли сможете, если только совсем случайно.

А вот удрать, оставить в беспомощном состоянии – это запросто. Между прочим, прошу заметить: Эвелина вас так и не выдала.

– Откуда же стало известно, что мы с ней удрали?

– Вас двоих видела и опознала по фотографиям уборщица парфюмерного магазина, у витрины которого произошло убийство. Она же засвидетельствовала, что вы не убивали.

– Погодите… Но этого не было в тех материалах, которые я читал.

– Правильно. Уборщицу удалось найти и допросить только вчера.

– Так, может, она и убийцу видела?

– Нет.