Херувим

– Я постараюсь, Владимир Марленович.

– Да. Постарайся. Все, не могу больше. Зови Наташу. Нет, стой, тебя правда зовут Сергеем? Это твое настоящее имя?

– Да.

– Когда вы сидели на кухне, Наташа спрашивала, как тебя зовут?

– Да. Очень настойчиво.

– И что ты ответил?

– Я назвался Станиславом, как вы просили.

– А она?

– Не поверила.

Генерал уронил голову на грудь, закрыл глаза, и Сергею показалось, что старик уснул или потерял сознание. Он встал и уже собрался звать генеральшу, но услышал хриплое, неясное бормотание и вернулся к креслу."

"– Ну ладно, скажи ей правду, она вроде бы уже успокоилась, – тяжело, на выдохе простонал Владимир Марленович. – Черт, никогда не верил в судьбу. Впрочем, какая тут судьба? Просто совпадение. У Стаса был брат, близнец, родился первым, и почти сразу умер. Наташа все не может его забыть, до сих пор любит, как живого. А младенец и часа не прожил. Мы успели только подержать на руках и дать имя. Знаешь, как назвали? – Он с мучительным усилием поднял голову: – Сережей!

Глава тридцать шестая

Николай вернулся на виллу только в половине третьего. В доме стояла тишина. Оксану он нашел на балконе второго этажа. Она дремала в шезлонге под открытыми лучами солнца. На ней был яркий купальник. На полу валялся какой-то глянцевый женский журнал.

– Подъем! – Николай положил руку на ее раскаленное плечо. – Вставай, красавица, сгоришь.

– Ой, Коленька, привет, – она открыла глаза, – как ты быстро! Покажи зубик.

– Пока рано. Еще придется раза три съездить. Врач хороший попался, но любопытный до ужаса. Привязался ко мне, мол, кто же вас так разукрасил? Обратился ли я в полицию? Фарфоровая коронка стоит недешево, и виновные должны компенсировать убытки.

– Вот уж это верно, – Оксана многозначительно поджала губы, – и что ты сказал врачу?

– Ну, стал ему песни петь, будто нырнул и налетел на подводную скалу.

– Поверил?

– Не знаю. Ну как ты здесь? Все спокойно? Я, когда уехал, вспомнил, что надо было ему укол сделать, но уж не стал возвращаться. Не буянил он больше?

– Не-а, – помотала головой Оксана, – вроде тихо.

– Что значит – вроде? Ты к нему хоть раз зашла?

– Ну зашла, зашла, – Оксана обхватила его руками за шею и притянула к себе, – он спит, – прошептала она и по-кошачьи зажмурилась.

– Погоди, он что, вообще не вставал? – Николай тревожно взглянул на часы.

– Может, и вставал, в туалет например. – Оксана поцеловала его в краешек рта. – Коленька, я щи сварила, с говяжьей косточкой, как ты любишь. Ну его к лешему, давай с тобой пообедаем.

– Ты разбудить его пыталась? – Николай расцепил ее руки. – Подходила к нему хоть раз за это время?

– Ну что ты так разволновался? – Оксана лениво поднялась, потянулась. – Я же сказала, в комнату заглядывала.