Хочу любить

 — Может, в один прекрасный день ты тоже захватишь меня, дорогой? Мне доставит необыкновенное удовольствие увидеть, как ты приручил сокола.

Бруно цепко сжал ее руку, и девушка, как ни старалась, не могла высвободить ее, пока Симона не проводила их до выхода и швейцар не подогнал машину.

Как только граф и Лючия уселись на заднем сиденье, шофер вывел «мерседес» на дорогу и помчался в сторону виллы.

— Сегодня вы превзошли себя, — высказал граф комплимент с угрожающей интонацией. Лючия удивленно посмотрела на него. В темноте выделялись крепкие скулы и красиво очерченный нос.

— Ну и как, вам понравилась игра? — ехидно спросила Лючия.

— Пожалуй, — согласился Бруно.

Машина тем временем неслась по тихим улицам города. Они быстро доехали до ворот виллы.

— Благодарю вас за приятный вечер, — вежливо сказала девушка, когда они вошли в дом. — Мы увидимся до отъезда?

— Пилот получил указание подготовить вертолет в семь утра.

— Ну что ж, желаю вам удачного путешествия. Прошу связаться со мной, если появятся новости. — Лючия повернулась, чтобы уйти, но тут мужская рука легла на ее плечо.

Она вопросительно посмотрела на графа.

— Не стройте планов, — предостерег он с угрозой, — особенно насчет посещения охотничьего домика.

Лючия глядела широко открытыми невинными глазами.

— А зачем мне туда стремиться?"

"— За свою карьеру вы осмеливались на многие отчаянные поступки. — Бруно обхватил ладонями ее голову. — Охотничий домик и гости — мое личное дело. Понятно?

— Да. — Лючия не осмеливалась возражать. И тем не менее не изменила намерения приступить к выполнению тщательно подготовленного плана.

В течение недели, проведенной на вилле, она незаметно наблюдала за работой слуг и знала, где находятся ключи от машин. Она изучила, как действует система сигнализации в доме и гараже. Девушка обзавелась картой и хотела попытаться выведать у Антонио местонахождение охотничьего угодья.

Но зачем посвящать Бруно в свои планы?

— Будьте любезны подчиняться моим указаниям, — резко бросил он и вдруг набросился на ее рот с жадностью дикого зверя. Когда граф в конце концов отпустил девушку, она поднесла к распухшим губам дрожащую руку.

— Я вас ненавижу, — выдохнула Лючия.

Его глаза так потемнели, что казались совершенно черными. Однако Валенсо не соизволил принести извинения.

Не говоря ни слова, Лючия повернулась и бросилась к широкой извилистой лестнице, ведущей на верхний этаж. Войдя в апартаменты, быстро скинула вечерний наряд и поспешила в ванную. Несколько минут спустя она скользнула в постель и стала тщательно припоминать все детали охранной системы дворца, прикидывая, когда удобнее привести в действие свой план.