Хочу тебя себе

И не могу думать ни о чем другом, кроме Льва, его семьи и нашего бизнеса. Если я разорюсь — это ерунда. Постепенно поднимусь на ноги. Но если у разбитого корыта останется мой друг — это уже совсем другое дело. И виноват в этом буду я. А он ведь предупреждал, я же как дебил продолжал переть напролом. В этом плане мы с Хелен очень похожи. Творим всякую дичь, не задумываясь о последствиях.

А у Льва дочь маленькая, жена беременная и слепая мать проходит дорогостоящее лечение за границей. И я его за собой потянул в эту яму. И ради чего? Я ведь даже не влюблён в Ленку. Отобрал у Попова, как игрушку, и в свой мешок засунул, лишь бы отомстить. А в итоге только раздразнил зверя. Не знаю даже, сильно ли Попов по этому делу расстроился. Зато чисто из принципа теперь грохнет нас обоих.

Помогаю Ленке выйти из вагона, подаю руку и веду через вокзал. Она по-прежнему тихая и покладистая. Совсем не похожа на себя прежнюю. Даже не верится, что она мне вазу на голову опускала. Это тоже пугает. Одно дело, пользоваться в своих целях прожжёной стервой, пусть и молоденькой, и совсем другое — нормальной девушкой, попавшей в беду.

Для того чтобы отсидеться, Антоха снял нам номер в единственной захудалой гостинице маленького провинциального городка. Он действовал в надежде, что сюда Попов не дотянется. С моими и её друзьями это место никак не связано. И мент, чтобы нас спасти, просто ткнул в карту пальцем. Даже своим не сказал. Только Лене и мне.

Незатейливый отель «Весна» находится на той же самой площади, что и вокзал. И до небольшого каменного здания, сияющего дешёвой побелкой, мы с девчонкой добираемся пешком.

Если ещё сутки назад я бы рычал от радости, что у нас с Хелен будет один общий номер с огромной двуспальной кроватью, то сейчас с удовольствием согласился бы на два отдельных, потому что мне надо подумать и что-то решить, спасая нас всех.

— Давай купим какой-нибудь еды, не думаю, что здесь ресторан работает целый день. Наверное, к вечеру только открывается. Пойдём вон в тот магазин «Продукты», купим там каши какой, макарон быстрого приготовления, колбасы, — тараторит девчонка и тянет меня за собой.

Её забота меня убивает. Ругаться было проще. Я хоть и циничный говнюк, но, похоже, зачатки совести у меня всё же есть. Иду за ней. И даже лужи не замечаю, пру прямиком по воде, потому что мозг забит совсем другим. Просто трэш какой-то. Тяну два пакета в номер, вполуха слушаю Хелен. Красивая, молодая и нормальная. Вот только ко всем жизненным неурядицам ей не хватает ублюдка вроде меня. Родители умерли, сестра во что-то ввязалась и пропала. А тут ещё я. Очень нужный мудак. Чтобы поматросил, как говорится, и бросил. Такое ощущение, что девочка воспринимает наше совместное проживание так, будто мы влюбились и съехались.