Хорошая девочка должна умереть

— Что у тебя за машина?

— «Фольксваген-жук», — смущенно улыбнулась Пиппа. — Серый.

— Номерной знак?

Пиппа продиктовала цифры, следя за тем, как Хокинс записывает их и подчеркивает двойной линией.

— Итак, вы приехали в «Макдоналдс» около десяти, — подытожил инспектор. — Не поздновато ли для ужина?

Пиппа пожала плечами.

— Для нас — не очень.

— Спиртное пили?

— Нет, — твердо заявила она. — По закону нельзя.

— Верно, — пробормотал Хокинс, пробегая взглядом свои пометки. — И долго вы пробыли в «Макдоналдсе»?

— Довольно долго, — кивнула Пиппа. — Пока нам принесли заказ, пока мы поели… Наверное, часа полтора. Потом я купила мороженого на обратную дорогу. Могу глянуть в приложении, во сколько платила за еду.

Хокинс чуть заметно качнул головой. Нет необходимости, у него есть свои способы проверить алиби. Он увидит Пиппу на записи — четкой, как божий день, — стоящей в очереди и старавшейся не смотреть в камеру. Увидит время платежей с карты.

— Значит, по твоим подсчетам, вы ушли из «Макдоналдса» около половины двенадцатого?

— Да, наверное, так.

— Куда поехали после?

— Обратно в Литтл-Килтон, — пожала плечами Пиппа, словно ответ был очевиден. — Я подбросила девочек домой, потом поехала к себе.

— Во сколько ты вернулась?

— Опять-таки, я не следила за временем, потому что у меня не было телефона, — напомнила Пиппа. — Но когда я приехала, мать еще не спала. Кажется, было за полночь, потому что она ругалась, мол, почему так поздно. Мы утром собирались рано вставать.

— Что потом?

Инспектор поднял глаза.

— Потом я пошла спать.

Стопроцентное алиби: от первой до последней минуты. Пиппа видела, как на лбу Хокинса залегают новые морщины. Разумеется, она могла врать. Но Пиппа не врала, и доказательства это подтвердят — надо лишь проверить.

Хокинса явно что-то смущало. Пиппа видела по глазам.

— Допрос прерван в 11:43. — Он нажал на магнитофоне кнопку «Стоп». — Хочу выпить кофе, — пояснил инспектор, вставая со стула и собирая папки. — Ты будешь?

Пиппу и без того тошнило от выплеска адреналина. Теперь она знала, что выжила, что спаслась, что победила, что Джейсона убил Макс, а у нее такой возможности не было. Но легче не становилось: в глазах Хокинса мелькало странное выражение, которое она никак не могла разгадать.

— Да, пожалуй, — сказала она. — С молоком и без сахара.

Невиновный человек обязательно взял бы кофе, потому что нервничать ему незачем.

— Одну минуту.

Хокинс улыбнулся и вышел за дверь. Было слышно, как он торопливо шагает по коридору. Может, он и впрямь собирался выпить кофе, а попутно решил проверить ее алиби — сейчас передаст информацию коллегам и велит изъять записи.

Пиппа выдохнула и откинулась на спинку стула. Можно не притворяться, на нее никто не смотрит.