Песнь Сорокопута

"

"Родители рассказывали, что эта клятва олицетворяет слияние двух любящих душ, но действие ритуала со временем усиливается, что приводит к смерти возлюбленных. Около трёхсот лет назад этот ритуал был запрещён во всём мире из-за того, что многие использовали его во вред.

Клятва на материи для чистокровных и полукровок означала, что человек должен слиться тёмной материей с тем, кому даёт обещание. Клятва на крови предназначалась для низших, не владеющих тёмной материей. Человек, не сдержавший обещание, со временем сходил с ума от одолевающих его негативных мыслей.

Но спастись можно было, если другой искренне простит предательство. Сложность клятвы заключалась в том, что оба должны добровольно дать её.

– Да, я знаю, но я готов пойти на этот риск. Я готов на всё, лишь бы не быть преданным.

– Но я никогда не предам тебя!

– Так докажи, Джером… – Он вынул из кармана перочинный нож, и острый клинок показался из рукояти. – Если веришь в меня. До конца.

Скэриэл медленно разрезал свою левую ладонь и протянул мне нож окровавленным клинком к себе. В испачканном лезвии отражалось моё испуганное лицо. Из неглубокого пореза стекала кровь, крупными каплями падая на пол.

Металлический запах ударил мне в нос.

Я взял нож и застыл в нерешительности. Другой рукой Скэриэл взял меня за левую ладонь и раскрыл её, направляя.

– Я могу тебе доверять, брат? – почти шёпотом проговорил он.

– Да, – ответил я, быстрым движением оставляя порез на ладони. У меня больше никого нет, кроме Скэриэла. Глубоко в душе я не хотел его разочаровывать.

– Джером Батлер, ты даёшь клятву, что не предашь меня? – спросил он твёрдым голосом.

– Да.

– Повтори мои слова.

– Я, Джером Батлер, даю клятву, что не предам тебя.

– Ты не сдашь меня ни полиции, ни властям – никому, пока я сам не разрешу тебе.

– Я не сдам тебя ни полиции, ни властям – никому, пока ты не разрешишь мне.

– Я, Скэриэл Лоу, даю клятву, что не оставлю тебя, буду всегда рядом.

Скэриэл приподнял окровавленную ладонь так, чтобы кровь стекала на мой порез, затем опустил руку и крепко сжал мою ладонь. Наша кровь перемешалась. Порез болезненно пульсировал, и я почувствовал, что левая рука словно нагрелась.

– Я, Скэриэл Лоу, добровольно даю клятву на крови.

– Я, Джером Батлер, добровольно даю клятву на крови.

Мы медленно разъединили перепачканные ладони. Между ними образовались кровавые нити, которые мигом исчезли, просачиваясь в нас.

– Всё, – довольно проговорил Скэриэл. – Я позову Эдварда, пусть достанет нам полотенца или салфетки.

Он поднялся и лёгким шагом вышел из комнаты, словно мы не клятву друг другу дали, а сыграли в крестики-нолики.

Порез быстро заживал, пока я медленно обдумывал случившееся. Почему-то я почувствовал себя обманутым.