Хороший мальчик

Она наклоняет ко мне голову.

– Блейк.

– Нет, просто посмотри. – Я подталкиваю ее подбородок вбок, поэтому у нее не остается другого выбора, кроме как сделать это. – Видишь эту крошку? Как ее зовут?

– Джесс Каннинг. – В голосе слышится насмешка над происходящим.

– Да, это Джесс Каннинг. – Я провожу большим пальцем по ее челюсти. – А кто такая Джесс Каннинг?

На лбу в отражении у нее появляется морщина.

– То есть?

– Кто она, детка?

– Я… – Она кажется еще более озадаченной.

– Нужна подсказка? Ладушки. Повторяй за мной, хорошо? Я Джесс Каннинг.

– Нет, – ворчит она.

Блейк в зеркале изгибает бровь.

– Ой, ладно. Я Джесс Каннинг. – Говоря это, она закатывает глаза.

– Я буду лучшей медсестрой на этой чертовой планете.

Она медлит, поэтому я щипаю ее за подбородок.

– Я буду лучшей медсестрой на этой чертовой планете.

– Я сильная и уверенная в себе. Ничто меня не останавливает. Я могу достичь всего, что задумаю. Я самый яркий мелок в коробке. Самый острый конек на льду. Я ем слабаков на завтрак и выплевываю их. Я женщина, услышьте мой рев…

Джесс сгибается пополам от смеха. Ничего слаще я не слышал.

– Я не буду это все говорить, – выдавливает она между смешками.

Я смотрю на нее серьезным взглядом.

– Ладно. Тогда только первую часть.

Веселье в ее больших карих глазах сменяется решительностью. У меня внутри все сжимается от гордости, когда Джесс скрещивает руки на груди и глядит на собственное отражение.

– Я сильная и уверенная в себе. Ничто меня не останавливает. Я могу достичь всего, что задумаю.

– Моя девочка. – Я шлепаю ее по идеальной заднице. – А теперь одевайся, пока я не согнул тебя над столом. Нам надо идти.

Она смотрит на меня через зеркало своими игриво сверкающими глазами.

– Согни меня, и я обещаю, что взорвусь за две минуты максимум.

В моем горле поднимается стон. Так же быстро реагирует член.

А потом еще одна поверхность в квартире проходит полноценное крещение.

В лифте мы оказываемся в девять тридцать. Это дает мне кучу времени, чтобы приехать на арену. Тренировки в десять часов хороши тем, что удается пропустить час пик. Джесс проверяет телефон, пока я нажимаю кнопку первого этажа. Когда я обнимаю ее одной рукой за плечи, она прижимается ближе и оставляет рассеянный поцелуй на подбородке.

С улыбкой я провожу пальцами по ее шее, но кожа такая мягкая, что я не могу удержаться от поцелуя. Джесс стонет и роняет телефон в сумочку.

– Ты такой кобель, – обвиняет она меня.

Как будто это плохо.

– Ммм-хммм. – Я провожу языком вверх и оставляю дорожку из поцелуев до ее губ. Когда наши рты встречаются, она издает отчаянный звук и практически нападает на меня со своим языком.

Хоспади. Я не могу ей насытиться.