Обратная сторона измены (СИ)

Я хочу услышать ваши условия, на которых вы мне ее предоставите, — говорю резко.

— Без игр не интересно, девонька. Сколько той жизни.

— Значит, я зря вам позвонила. Всего доброго, Ярослав Михайлович, — собираюсь отключиться.

— Стой, — говорит слишком поспешно.

— Слушаю.

— Приезжай сегодня в пяти ко мне в офис. Поговорим.

— Хорошо.

Нажимаю на отбой. Ничего хорошего нет, если я обращаюсь к этому человеку.

С отцом Дениса нас связывает только тот разговор, в котором он указал мне на мое место. Он знал, о том, что меня заставляют сделать и выбрал позицию моего отца. После этого он вел себя со мной наигранно дружелюбно, улыбался, шутил, но в его обществе меня всегда охватывает какое-то липкое ощущение, страх переплетенный с жуткой неприязнью.

На этого человека у меня перед глазами мигает красная лампочка: «Держаться как можно дальше!»."

"Денис об отце говорил мало и с неохотой. Близкими их отношения с отцом назвать нельзя даже с большой натяжкой. Мать же Дениса всю жизнь страшно боялась своего мужа, и при этом любила.

Она мне всегда говорила:

— Ох, деточка, злая штука любовь. Сердце оно иногда такое глупое, не может биться без человека, который его же и губит.

В то, что счастья в семье нет, было понятно, достаточно просто заглянуть матери Дениса в глаза. Женщина она добрая, гораздо лучше моей мачехи, но слишком запуганная.

Она всегда была за нас. Но в решающий момент не хватило смелости поддержать. Скорее, она сама нуждается в извечной поддержке.

Но та его фраза про мою мать бросила зерна сомнений, сейчас они проросли, и я готова к разговору. Мне нужна любая информация, которая поможет сдержать монстра.

Иначе отец никогда не остановится и жизни нам не даст.

Отпрашиваюсь у Карима. Сегодня из меня все равно работник никакой.

Еду к брату в больницу. Мне надо своими глазами увидеть, что с Костей все более менее нормально.

С врачом поговорить не получается, он занят. Но в палату меня пропускают без проблем.

Едва переступаю порог, сразу натыкаюсь взглядом на мать, которая стоит у постели брата.

— Викуся, беда-то какая! — всхлипывает.

— Привет, Кось, — игнорирую ее.

Брат лежит под капельницей. Лицо все в кровоподтеках, страшно подумать, есть ли живое место на его теле.

— Викуль, рад видеть! — слабо улыбается разбитыми губами.

— Мне как Андрей сказал, так я сразу сюда, — продолжает мать.

Поправляет одеяло, всхлипывает.

— А он сказал, что это по его указке было сделано? — не выдерживаю этого фарса.

— У тебя, что рассудок помутился? — прикладывает руки к груди. — Имей совесть, такое на отца наговаривать! Он места себе не находит, лучших врачей подключил!

— Мам, она права, — Костя смотрит на мать с грустью.

— Не говори сынок, береги силы, — снова начинает бессмысленно поправлять его одеяло.