Обратная сторона измены (СИ)

Но это скорее отговорки для меня самой, а по правде, мне просто хочется поддержать женщину. За годы брака, отец Дениса превратил Елену Эдуардовну в молчаливую домработницу, если не хуже.

В доме у них все должно было быть, как он сказал. Если он просит чай, то через тридцать секунд чашка должна дымиться перед его носом. Потому Елена Эдуардовна постоянно включала чайник, чтобы он не остывал.

Если найдет пылинку, то будет выедать мозг чайной ложкой, пока не доведет до слез. И так во всем.

Я еще удивляюсь, как она его столько лет терпела. Впрочем, сломленная, подавленная, у нее не было ни сил, ни воли сопротивляться."

"Обещаю заехать к ней в обеденный перерыв. Отвожу дочурку в школу. Сегодня Агата молчалива. И только уже выходя из машины говорит:

— Мамочка, все обязательно будет хорошо!

— Непременно, бусинка! — киваю, глотая горький ком в горле.

Только она и есть у меня радость в жизни. Если бы не Агата, не представляю, как и для чего я бы жила. Эмоциональное состояние сегодня оставляет желать лучшего. Но я стараюсь отогнать невеселые мысли, погрузиться в работу. Это всегда помогало. И не попадаться на глаза Кариму. Начальник до сих пор на меня зол, ощущаю это, даже не видя его. Только не до злости его мне сейчас. С хаосом бы в жизни разобраться, унять сердце и уехать как можно дальше.

В обеденный перерыв еду к матери Дениса. Чем ближе подъезжаю, тем больше себя ругаю. Вот зачем я согласилась? Мне проблем мало? Боли? Нужна еще ее?

— Викуся, девочка моя! — Елена Эдуардовна тут же бросается мне на шею, расцеловывает меня в обе щеки. — Как же я рада тебя видеть.

— А я вас, — прохожу в квартиру, разуваюсь. — Хорошо выглядите.

Расставание с мужем удивительным образом пошло ей на пользу. Женщина посвежела, помолодела настолько, что кажется, пластику сделала. Даже осанка изменилась, спину ровно держит, в глазах блеск, улыбка не затравленная. И вот этого всего мне предлагают своими руками ее лишить? Нет, я на такое никогда не соглашусь.

— Выдохнула, доча. Так хорошо без этого тирана стало. Ой, — машет рукой, — Что это я тебя в коридоре держу. Идем на кухню. Я такой торт испекла!

— Он вернуться ведь хочет, — прохожу за ней, присаживаюсь за стол.

— Каждый день пишет, звонит, подарки шлет. Букеты огромные. Я их даже не принимаю, пусть свои веники любовницам дарит. С меня хватит. Такой груз с плеч сбросила, будто всю жизнь горбатой ходила, а тут горб на спине взял и отпал, — смеется.

— Я рада за вас. Еще многое впереди, Дина Эдуардовна. Главное — стойте на своем, не сдавайтесь. Он ведь и многое придумать способен, чтобы вас обратно заманить.

— Я уже не та клуша сопливая, которой всю жизнь была. Не переживай, Викуся. Я дам ему отпор, — слышу стальную решительность в голосе.