Хозяйка проклятого сада, или Новая жена для Темного

Летели мы недолго, после покупки питания Майдор сделал еще один «прыжок», и вот внизу показались горные хребты, перемежаемые просторными долинами. Всюду в горах — замки с башнями и террасами. По дорогам внизу катились повозки, а кое-где в долинах прятались небольшие уютные селения с обычными для этого мира черепичными крышами.

Но все же за время полета я успела узнать у дракона кое-что полезное.

Например, почему мне так хотелось есть, а он настоял на остановке ради подкрепления сил.

— Мало того что твой организм «очистился» физически, и теперь ему нужны питательные вещества, — вещал дракон глубокомысленно (в общем-то, вполне очевидную вещь), — так еще и магическая перезагрузка произошла. Если не подкрепить тебя, то магия в тебе будет питаться особыми внутренними резервами и истощать их. Папочка может это заметить и решить, что помогать такой слабой девочке нет никакого смысла.

— Интересный у тебя папочка, хм, — хмыкнула я мысленно, с наслаждением откусывая от очередного «бутера». Разговор происходил уже в воздухе.

— Сама увидишь. Дракон хоть куда, хм, — поддержал мое хмыканье Майдор.

Узнала я также, что ни в коем случае нельзя называть драконов ящерами. Обидятся. По происхождению — какому-то загадочному, ведущему в иные миры — драконы никакого отношения не имеют к рептилиям. В драконьей ипостаси они такие же теплокровные, как в человекообразной. И вообще имеют максимально приближенную к млекопитающим анатомию и физиологию. Правда, от млекопитающих их отличает как раз самый известный признак последних — кормление детенышей молоком. Молока драконицы не выделяют ни в какой ипостаси.

— Эээ… — удивилась я, — так, а у ваших дракониц грудь-то есть? Нет кормления молоком — не должно быть и груди. Я тут, знаешь, со своими ботаническими экзерсисами в Саду поднаторела в биологии.

— Грудь есть, а как же! — возмутился Майдор. — Шикарная! Какая драконица без груди?

— Тогда что… просто для красоты? Радовать ваших мужчин?

Майдор задумался. Видимо, предназначение груди дракониц раньше не вызывало у него вопросов.

— Думаю, просто когда-то давно, когда формировался вид драконов — с двумя ипостасями — то человекообразная ипостась должна была стать такой, чтобы в ней мы были неотличимы от людей и могли жить среди них. А у человеческих или, допустим, эльфийских женщин ведь грудь есть… — сказал он, наконец.

— Вполне логично, — пожала плечами я. — Может быть так. А может, прежде драконы были млекопитающими, а потом утратили эту способность. А грудь осталась как атавизм.

— Как чего?

— Не бери в голову! — рассмеялась.

В общем, разговор во время короткого полета был крайне увлекательным и хорошо отвлекал от тревоги за Баэра. Но когда мы прилетели, проклятое волнение ударило новой волной.