Хозяйка проклятого сада, или Новая жена для Темного

Тут же чувствовалось двойное дно. Просто сразу ощущалось.

Вот тебе и Светлые…

В общем, когда пожилой маг кинулся хлопать Баэра по плечу (взаимно, это такой знак приветствия у магов) я уже была убеждена, что это древний хитрый бюрократ. Что и следовало ожидать.

Внутри меня просто скривило. Ведь наверняка он как раз один из тех, кто санкционирует убийство темных детишек… Но я лишь скромно шагнула в сторону, чтобы не мешать магу мацать Баэра, в чьем лице ничего не изменилось.

— И ваша новая красавица! — продолжил «добродушничать» Барторий. — Девочка, дай я на тебя посмотрю! Подними лицо, не стесняйся старика Бартория! Ах, Баэр, поздравляю, на этот раз Сад призвал настоящую красавицу! Право слово, я так рад за вас! А ты, девочка, как тебя зовут? Ведь позволишь старику называть тебя на «ты», простишь такую оплошность?

— Вероника, господин… — я сделала тупое лицо, мол, не знаю, как вас называть.

— Господин Светлейший! Так меня все и называют! — радостно сообщил мне он. — Что же, посмотрим на Сад! Ах, какая красота… Баэр, ваша супруга, должно быть стесняется, проведите нам экскурсию…

В общем, я скромно держалась подле Баэра, мол, боюсь я всяких чужих аристократов.

А Баэр с железной маской на лице водил высоких гостей по Саду."

"…Где и придраться-то не к чему было. Со вчерашнего дня Сад превратился в настоящее произведение садово-паркового искусства.

— Дитя мое! — воскликнул Светлый, когда мы обошли значительную часть Сада. — Невероятно! Ты проделала огромную работу — я слышал, когда прежняя Хозяйка состарилась, а особенно после ее смерти, Сад пришел в запустение. Ты настоящая волшебница! Ах-ах, — это «ах-ах» он восклицал не хуже нашей любительницы ахать Грасерии.

Только куда более лицемерно. В «игре» Грас всегда была какая-то такая… искренность. Какая бывает у актрисы на сцене. Вроде бы роль играет, но делает это так безыскусно, так искренне! — Должно быть, ты очень увлечена своей новой работой?

— О да, господин Светлейший, — изображая смущенное удовольствие, ответила я. — Мне очень нравится заниматься Садом… и землей. И растениями.

— Великолепно! Похвально! А чем ты занималась прежде, в своем мире? Неужто возделывала землю?

— Нет, господин Светлейший, мои родители были городскими рабочими… И я тоже работала в… городской конторе счетоводом.

Но я всегда мечтала жить на земле! Ах! — немного опасаясь переиграть, я сложила руки на груди в молитвенном жесте.

Вот я и начала врать, вся надежда на амулет. Ведь моего папу — бывшего подполковника полиции — сложно назвать «рабочим». Да и маму-врача — тоже. А если задуматься, то и моя ответственная должность старшего менеджера — явно не работа счетовода.

— Ах, как удачно, право слово! — восхитился Светлый. — Сад исполнил твои мечты.