Хозяин дубравы. Том 1. Желудь

Парень же во многом недоумевал от того, как вело себя это парнокопытное животное. Да, он знал, что лоси только бегемотам уступают по количеству нападений на людей и в целом частенько ведут себя не предсказуемо. Можно даже сказать — неадекватно. Но все равно… поведение конкретно этой особи не укладывалось в голове.

Ведь он целенаправленно атаковал.

Почему?

Зачем?.."

"Из-за деревьев показался Вернидуб. Да такой — во всеоружии. С копьем в одной руке и атлатлем во второй. Причем появился так быстро, словно бы караулил.

— А я говорил! Говорил! — воскликнул седой. — Велес на нас осерчал!

— Брось, — отмахнулся Неждан. — Лесная дева нам благоволит, — произнес он и похлопал по туше. — Смотри сколько мяса и какая славная шкура!

— Благоволит⁈ Да он тебя убить мог!

— А что ты хотел? У нее склочный нрав. Как может, так и помогает. Или ты думаешь, отчего ее в жены никто не берет?

— Ты за языком-то следи! — нервно выкрикнул ведун, чуть присев и начав озираться.

— Угомонись, — махнул рукой Неждан вставая. — Она любит дерзких, если их слова не расходятся с делом. Лучше помоги мне с лосем. Здоров… ой здоров…

Часть 3

Глава 3

167, января, 14

— Эх, знал бы ты, какая любовь была у Жени Лукашина и Нади Шевелевой… — подкинув полено в топку под перегонным кубом, произнес Неждан. — Ругаются. Разбегаются. А каждую зиму — как в первый раз сходятся.

— А кто это? — спросил ведун, с любопытством подавшись вперед. — Ромеи, что ли?

— Это духи зимних гуляний. — чуть подумав, ответил парень. — И бани. Да. Помнишь, я тебе рассказывал о термах ромейских? На наш лад они банями зовутся. Вот, считай, что эти двое и есть духи-хранители бани. Зимней, в особенности…

Жизнь наладилась.

Как того лося удалось завалить, так и наладилась. И зверь снова пошел в ловушки, и охота стала удаваться, и Вернидуб опасался сильно донимать беседами.

Сказка!

Хотя совсем уж прекратить религиозное воспитание не удалось. Ведун продолжал осторожно и вдумчиво проводить обработку парня, смущаясь странным его видением мира. Исправляя, так сказать…

— Видишь, как все ладно стало? А ты говоришь, боги не участвуют в нашей жизни. Испытание от Лесной девы выдержал — и вздохнули с облегчением.

— Тебя послушать, в нужник без них не сходить, без богов-то.

— Нету в тебе уважения к богам. — покачал головой седой. — Ума не приложу, как они выбрали такого оболтуса, как ты? Ну при чем тут нужник?

— А ты разве не слышал, что есть бог отхожих мест? О! Мрачный тип.

— Чего? — явно ошалел Вернидуб.

— У него множество имен. И Фекалоидом его кличут, и Голгофским дерьмодемоном, и иначе. Истинное же имя никому из смертных не известно.

— Отчего так?

— Его считают главным убийцей нижнего мира, и неосторожное обращение к нему может закончиться невероятным мором.