Опасные волны

– Хочешь увеличить свою? – невинно спросила Иззи, и класс взорвался от смеха. Но я заметил, что она стесняется профессии отца и жалеет, что упомянула о ней. Когда все немного успокоились, новенькая продолжила: – Я почитала о летучих рыбах в Интернете… кое-что выписала… минуточку… – Она стала рыться в сумке, а я начал рисовать в блокноте дельфинов. Ной написал Холли записку с сердечками и забавными цитатами, и та захихикала. Элла полезла под партой в телефон.

– Ладно, обсудим твой биологический вид и без твоих заметок, – вздохнула мисс Уайт. Мы узнали, что летучие рыбы взмывают вверх, чтобы спастись от хищников, и, разогнавшись, могут в несколько этапов преодолевать до четырёхсот метров.

– Тоже мне достижение, скажи? – повернулась Элла к Дафне, нашей озёрной чайке. Но хотя они дружили, Дафна ничего не ответила.

– Что-то Элла сегодня не в духе, – шепнул я Финни, которая сидела недалеко от меня."

"– Я слышала, как она говорила по телефону с матерью… Та была недовольна, что мы слишком мало заработали на дне открытых дверей, – шёпотом ответила девочка-скат. – Элла возразила, что мы старались и гостям понравилось, но миссис Леннокс сказала, чтобы в следующий раз старались получше.

Мы только покачали головами. Что на это скажешь?

Ураган задним числом перетасовал нам расписание: вместо истории нам поставили человековедение, и мы учились заказывать товары в Интернете, потому что мистеру Кристаллу нужны были запчасти, которые поблизости не продавались. Ха, уж в этом-то я разбираюсь. На полученные в награду деньги я недавно заказал себе онлайн хорошую бумагу для рисования, потому что в наших краях таких магазинов не было.

Я объяснил, как оформлять и оплачивать заказы и оценивать продавцов.

– Очень хорошо, Тьяго, – похвалил меня мистер Кристалл и поставил мне «отлично». Ура! Хорошие оценки, пусть и заработанные без труда, мне пригодятся – ведь для стипендии средний балл у меня должен быть не ниже «хорошо».

Зато на превращениях я облажался. Нам нужно было сохранять звериное обличье, когда нам показывают наши человеческие фотографии. Я превратился в несуразное существо – акулу с двумя руками и двумя человеческими ушами (господи, почему именно уши?!) – и забился подальше в лагуну. Повезло, что мистер Гарсия был занят Ноксом и Шари, поэтому я отсиживался там, пока не услышал рог-ракушку, возвещающий конец уроков.

– Глазам своим не верю! – донёсся до меня знакомый голос. Это был Эдвард Олбрайт по кличке Рокет, будущий инженер-ракетостроитель. Он грыз что-то, что когда-то было мороженым на палочке, и, вскинув брови, пялился на воду.

– Хочешь верь, хочешь нет – я и таким бываю. – Я смущённо превратился обратно, пошлёпал на пляж и натянул первое, что попалось под руку.