Хроника убийцы короля [3 книги]

Мое лицо впечатаюсь в его плечо, и я стиснул зубы, чувствуя, как расходится под ними его кожа, а мой рот наполняется кровью.

Пика заорал и отшатнулся от меня. Я вдохнул и сморщился от рвущей грудь боли.

Прежде чем я успел дернуться или подумать, Пика снова поймал меня и ударил о стену — раз, другой… Моя голова болталась взад-вперед, отскакивая от кирпичей. Затем он ухватил меня за горло, развернул и швырнул наземь.

Тут я услышал треск, и все будто остановилось.

После того как убили мою труппу, мне иногда снились родители, живые и поющие. В моем сне их смерть была ошибкой, недопониманием, новой пьесой, которую они репетировали.

И на несколько мгновений я получал облегчение и свободу от огромного бесконечного горя, постоянно терзавшего меня. Я обнимал родителей, и мы вместе смеялись над моей глупой тревогой. Я пел с ними, и какой-то миг все было чудесно. Чудесно…

Но потом я просыпался, совсем один, в темноте у лесного пруда. Что я здесь делаю? Где мои родители?

И тогда я вспоминал все, словно открывалась рана. Они были мертвы, а я чудовищно одинок. Огромный груз, приподнявшийся на пару мгновений, снова падал на меня — тяжелее, чем прежде, потому что я был не готов к нему.

Потом я лежал на спине, глядя в темноту, — грудь моя болела, дыхание теснило, — зная в глубине души, что ничто никогда уже не будет как прежде.

Когда Пика швырнул меня на землю, мое тело совсем онемело и почти не чувствовало, как лютня отца ломается подо мной. Звук, который она издала, походил на умирающую мечту и пробудил ту самую невыносимую, теснящую грудь боль.

Я огляделся и увидел Пику, тяжело дышащего и зажимающего плечо. Один из мальчишек стоял коленями на груди другого.

Они больше не дрались, а остолбенело пялились на меня.

Я медленно посмотрел на свои руки, кровоточащие там, где осколки дерева прошили кожу.

— Маленький гад укусил меня, — тихо произнес Пика, словно не мог поверить в это.

— Слезь с меня, — сказал мальчик, лежащий на спине.

— Я тебе говорил, что нельзя такое говорить. Смотри, что получилось.

Лицо Пики скривилось и покраснело.

— Укусил меня! — крикнул он и злобно пнул меня, целясь в голову.

Я попытался отодвинуться, чтобы не повредить больше лютню. Его пинок пришелся мне в почку и провез по обломкам, которые раскрошились еще сильнее.

— Видишь, что бывает, когда смеешься над именем Тейлу?"

"— Заткнись ты про Тейлу своего. Слезай с меня и забери эту штуку. Может, Дикен сколько-нибудь за нее еще даст.

— Смотри, что ты наделал! — продолжал орать на меня Пика.

Новый пинок пришелся мне в бок и почти перевернул меня. В глазах начало темнеть; я чуть ли не радовался этому как возможности отвлечься от боли. Но затаенная боль никуда не делась. Я сжал окровавленные руки в саднящие кулаки.