Хроника убийцы короля [3 книги]

Детишки упитанные и веселые. Там можно купить всякие излишества: перец, корицу, шоколад. В местном трактире подают кофе и хорошее вино, там играет музыка.

Бывают и другие городки. Городки, где земля скудная и истощенная. Городки, где мельница сгорела, а глина в яме иссякла много лет назад. Домишки там тесные и ветхие. Народ тощий и подозрительный, и богатство меряется мелкой, практичной меркой. Телегу дров купили. Второго поросенка завели. Закрыли пять банок черники.

На первый взгляд Хаэрт принадлежал именно к таким паршивым городишкам. Крошечные домики, сухая каменная кладка, там и сям — одинокая коза в загоне…

В большинстве стран Содружества — да, пожалуй, и во всех четырех краях цивилизации — семья, которая ютится в тесной хижине, довольствуясь всего несколькими предметами мебели, считается бедной.

Почти нищей.

Но, хотя большинство виденных мною жилищ адемов были относительно тесными, они выглядели совсем не так, как хижины в захудалом атуранском городке, слепленные из земли и бревен, обмазанных глиной.

Дома адемов были сложены из прочного камня, подогнанного на редкость умело. В стенах не было трещин, которые могли бы впустить внутрь нестихающий ветер.

Крыши не текли. Двери висели ровно — никаких потрескавшихся кожаных петель. Ни одного окна, затянутого промасленной овечьей кожей или просто закрытого деревянной ставней. Всюду стекло, вставленное плотно, что в твоей банкирской усадьбе."

"За все время, что я провел в Хаэрте, я не видел ни одного открытого очага. Не поймите меня неправильно: сидеть у очага гораздо лучше, чем замерзнуть насмерть. Однако большинство таких очагов, сложенных из валунов или дешевого кирпича, коптят и отапливают небо.

Они наполняют дом сажей, а легкие — дымом.

Вместо открытых очагов в каждом адемском доме стояла железная печка. Печка, весящая сотни килограммов. Печка, изготовленная из литого чугуна, которую можно натопить так, что она раскалится докрасна. Такая печка живет веками и стоит больше, чем крестьянин зарабатывает за целый год тяжкого труда. Некоторые печки были маленькие, предназначенные для того, чтобы отапливать дом и готовить на плите. Но видел я и печки побольше, с духовкой, в которой можно было печь хлеб. Одно такое сокровище впихнули в приземистый каменный домишко всего из трех комнат.

Коврики у них на полу были самые простые, но из толстой, мягкой, хорошо окрашенной шерсти. И полы под ними были не земляные, а деревянные, гладко отполированные. Освещались дома не какими-нибудь коптилками или лучинами. Всюду горели восковые свечи или лампы, в которых жгли качественное светлое масло. А как-то раз я увидел в дальнем окошке ровный красноватый свет симпатической лампы.

Именно последнее заставило меня осознать истину.