Хроника убийцы короля [3 книги]

Я встревожился, оглянулся и увидел, что это не кто иной, как Темпи! Он устремился ко мне, сделав широкий жест ""восторженное приветствие"".

Я подавил порыв улыбнуться и вскричать ""Темпи!"" и сделал вместо этого жест ""радостное возбуждение"".

Он остановился прямо напротив меня и шутливо встряхнул меня за плечо, словно хотел поздравить. Но взгляд у него был напряженный. Его рука, спрятанная у самой груди, показала обман, так, чтобы никто, кроме меня, этого не видел.

— Слушай, — торопливо сказал он вполголоса, — тебе не победить в этом бою!

— Да не тревожься, — подбадривание.

 — Шехин тоже так думает, но, может, я вас еще удивлю!

Темпи стиснул мое плечо до боли.

— Да послушай же! — прошипел он. — Ты посмотри, кто у первого камня!

Я посмотрел ему за спину. Это была Карсерет. И глаза у нее были как ножи.

— Она в ярости, — зашептал Темпи, делая напоказ жест ""теплая привязанность"". — Мало того что тебя приняли в школу, ты еще и получил меч ее матери!

Эта новость вышибла из меня дух. В голове у меня пронеслась последняя часть этаса.

— Ларель была матерью Карсерет? — спросил я.

Темпи правой рукой ласково погладил меня по голове.

— Да. Она вне себя от гнева. Я боюсь, что она с радостью искалечит тебя, даже если ее за это выгонят из школы.

Я серьезно кивнул.

— Она будет стараться тебя обезоружить. Берегись этого. Избегай захватов. Если она возьмет тебя ""спящим медведем"" или ""вращением рук"", сдавайся. Кричи, если надо. Если ты замешкаешься или попытаешься вырваться, она сломает тебе руку или выдернет ее из плеча. Я слышал, как она сказала это своей сестре не далее как час назад.

Внезапно Темпи отступил назад и сделал жест ""глубокое почтение"".

Я почувствовал, как кто-то дотронулся до моей руки, обернулся и увидел морщинистое лицо Магуин.

— Идем, — сказала она тихо и властно. — Пора.

Я пошел следом за ней. Вся толпа приветствовала ее разными почтительными жестами. Магуин привела меня к началу тропы. Там лежала серая каменная глыба, высотой чуть повыше колена, такая же, как на поворотах тропы.

Старуха показала, что мне следует встать на глыбу. Я окинул взглядом толпу адемов, и меня охватила небывалая боязнь сцены.

Я слегка наклонился и шепотом обратился к Магуин.

— Можно ли мне повысить голос, когда я буду читать этас? — нервно осведомился я.

 — Я никого не хочу задеть, но, если я буду говорить тихо, те, кто стоит в задних рядах, ничего не услышат.

Магуин улыбнулась мне — впервые за все время. Ее морщинистое лицо внезапно сделалось добрым и ласковым. Она похлопала меня по руке.

— Тут никто не обидится, если ты станешь говорить громко, — сказала она, жестом добавив во всем нужна мера. — Говори!

Я отстегнул Цезере и протянул его ей. Магуин жестом приказала мне подняться на камень.

Я читал этас. Магуин следила за мной.