Хроника убийцы короля [3 книги]

Белокурый сунул монету обратно в карман.

— Вот какое дело. По правде говоря, мы тут ночевать вовсе не собираемся.

Он взял со стойки кусок сыру и принялся жевать.

— И платить ни за что тоже не будем.

— Ага, — сказал трактирщик. — Понятно.

— Ну а раз у тебя есть достаточно денег, чтобы разменять два золотых рояла, то мы и их заберем! — с воодушевлением добавил бородатый."

"Белокурый успокаивающе поднял руки.

— Но ничего дурного мы тебе не хотим. Мы люди не злые. Давай сюда свой кошель, и мы пойдем своей дорогой. Никого не тронем, ничего не поломаем. Конечно, тебе будет обидно, — он вскинул бровь, глядя на трактирщика. — Но быть обиженным куда лучше, чем убитым. Верно ведь?

Бородатый взглянул на Хрониста, сидящего у очага.

— А тебя это вообще не касается, — угрюмо сказал он, шевеля бородой. — Твоего нам ничего не надо. Просто сиди, где сидишь, и не возникай.

Хронист бросил взгляд на человека за стойкой, но трактирщик не сводил глаз с солдат.

Белокурый откусил еще сыру, блуждая взглядом по трактиру.

— Ты гляди, молодой парень, а недурно устроился! Когда мы уйдем, ты свое отобьешь. А если вздумаешь кобениться, мы тебе вышибем все зубы, трактир разнесем, и все равно ты останешься без кошелька.

Он бросил на стойку огрызок сыра и хлопнул в ладоши.

— Ну чего, будем вести себя культурно?

— Да, это звучит разумно, — сказал Квоут и вышел из-за стойки. Он двигался медленно и осторожно, как подходят к норовистой лошади. — Тем более что я и впрямь не варвар.

Квоут сунул руку в карман и достал кошелек. И протянул его одной рукой.

Белокурый солдат подошел к нему, небрежно, вразвалочку. Взял кошелек, одобрительно взвесил его на руке. Обернулся к своему дружку, улыбнулся.

— Вот видишь, я же говорил…

Квоут плавно шагнул вперед и резко ударил солдата в челюсть. Тот пошатнулся и упал на одно колено. Кошелек взмыл в воздух и, звякнув, увесисто плюхнулся на пол.

Не успел солдат и головой тряхнуть, как Квоут подступил ближе и спокойно пнул его ногой в плечо. Не тем резким ударом, от которого ломаются кости, а увесистым пинком, от которого мужик отлетел в сторону. Он растянулся на полу, неуклюже раскинув руки и ноги.

Второй солдат обошел своего дружка, широко ухмыляясь себе в бороду. Он был выше Квоута, и его кулачищи выглядели как сплошные узлы шрамов и костяшек.

— Ну, ла-адно, балбес! — протянул он с мрачным удовлетворением. — Щас ты у меня получишь!

Он замахнулся кулаком, но Квоут отступил в сторону и нанес солдату удар ногой чуть повыше колена. Бородач изумленно крякнул и слегка пошатнулся. Квоут подступил вплотную, ухватил бородатого за плечо, стиснул ему запястье и выкрутил руку под самым неестественным углом.

Верзила поневоле согнулся в три погибели, кривясь от боли. А потом резко выдернул руку из захвата.