Хроника убийцы короля [3 книги]

Даже если я зашибу одного из этих, остальные окажутся на крыше в две минуты. И тогда, даже если мне и удастся сбежать, идти будет некуда.

Я положил черепицу и вернулся в то, что стало моим домом. Свернулся клубочком в укрытии ниши под нависающей крышей, до боли сжал в кулаках одеяло и стиснул зубы, пытаясь отгородиться от бормотания, прерываемого грубым хохотом и тихими безнадежными рыданиями.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

ИНТЕРЛЮДИЯ. ПОИСК ПРИЧИН

Квоут махнул Хронисту, чтоб тот отложил перо, и потянулся, сцепив пальцы над головой.

— Давненько я не вспоминал об этом, — сказал он.

 — Если ты хочешь докопаться до причины, по которой я стал Квоутом, то, пожалуй, стоит остановиться именно здесь.

Хронист наморщил лоб:

— Что вы имеете в виду?

Квоут помолчал, глядя на руки.

— Знаешь, сколько раз меня в жизни били?

Хронист отрицательно покачал головой.

Подняв глаза, Квоут ухмыльнулся и беззаботно пожал плечами:

— Я тоже. Ты, поди, думаешь, что такие случаи должны застревать в голове. Думаешь, я должен помнить, сколько костей я переломал, помнить все швы и повязки. — Он потряс головой. — Нет. Я помню только плач того мальчика в темноте.

Четко, как звон колокола, — все эти годы.

Хронист нахмурился:

— Вы же сами сказали, что ничего не могли сделать.

— Мог, — серьезно ответил Квоут, — но не сделал. Я тогда сделал выбор и сожалею об этом выборе до сего дня. Кости срастаются, но сожаления остаются навсегда.

Квоут отодвинулся от стола.

— Полагаю, темной стороны Тарбеана уже достаточно.

Он встал и снова потянулся, закинув руки за голову.

— Почему, Реши? — Слова вдруг хлынули из Баста потоком. — Почему ты оставался там, если все было так ужасно?

Квоут задумчиво покивал, словно ожидал вопроса.

— А куда еще мне было идти, Баст? Все, кого я знал, были мертвы.

— Не все, — настаивал Баст. — Оставался еще Абенти. Ты мог отправиться к нему.

— Хэллоуфелл был в сотнях километров, Баст, — устало ответил Квоут, пересекая комнату. — Сотни километров без отцовских карт, которые могли бы привести меня туда. Без какой-либо помощи, денег и обуви. Путешествие теоретически возможное. Но для подростка, отупевшего от потери родителей… — Квоут тряхнул головой. — Нет. В Тарбеане я, по крайней мере, мог просить милостыню или воровать.

Я едва ухитрился выжить в лесу летом. Но зимой? — Он снова покачал головой. — Я бы замерз там или умер от голода.

Подойдя к стойке, Квоут наполнил кружку и начал добавлять туда щепотки специй из разных коробочек и баночек. Затем прошел к большому каменному камину и задумчиво сказал:

— Конечно же, ты прав. Где угодно было бы лучше, чем в Тарбеане.

Он пожал плечами:

— Но все мы — дети привычки. Куда проще оставаться в знакомой колее, которую проложил.