Хроника убийцы короля [3 книги]

* * *Вещи я оставил в комнате у Сима и наведался в подвал пустот, к казначею. Рием был лысеющий человек со впалыми щеками. Он недолюбливал меня с тех пор, как в первую четверть магистры присудили мне отрицательную плату. Он не имел привычки выдавать деньги студентам, и вся эта история оставила у него неприятное впечатление.

Я показал ему кредитное письмо с прямым доступом в сундуки Алверона. Как я уже говорил, выглядело оно впечатляюще. Собственноручная подпись маэра. Восковые печати. Роскошный пергамент. Безукоризненная каллиграфия.

Я привлек внимание казначея к тому факту, что письмо маэра предоставляло Университету право получать любые суммы, необходимые для оплаты моего обучения. Любые.

Казначей перечитал письмо еще раз и согласился, что да, похоже, так оно и есть.

— Как жаль, что мне всегда назначали такую невысокую плату, — задумчиво заметил я. — Не более десяти талантов. А ведь это мог быть такой удобный случай для Университета. В конце концов, маэр богаче винтийского короля. А раз он готов платить любые суммы…

Казначей был мужик смекалистый и тут же сообразил, куда я клоню. Мы немного поторговались, ударили по рукам, и я впервые увидел, как он улыбается."

"Я немного перекусил, потом встал в очередь с остальными студентами, которые не получали жребий. Большинство из них были новичками, но были и такие, как я, вернувшиеся после перерыва в занятиях. Очередь была длинная, все более или менее нервничали. Я насвистывал, чтобы убить время, и купил с лотка пирожок с мясом и кружку горячего сидра.

Выступив в круг света перед столом магистров, я вызвал некоторое оживление. Они слышали новости обо мне и были удивлены, увидев меня в живых, большинство — приятно удивлены. Килвин потребовал, чтобы я как можно скорее явился в мастерские, в то время как Мандраг, Дал и Арвил принялись спорить о том, какие курсы я выберу. Элодин просто помахал мне: он был единственный, на кого, похоже, мое чудесное воскресение из мертвых не произвело ни малейшего впечатления.

Через минуту приятной суматохи ректор наконец навел порядок и принялся экзаменовать меня. Я без особого труда ответил на вопросы Дала и Килвина тоже. Однако, отвечая Брандье, я сбился в расчетах, а потом вынужден был признаться, что просто не знаю ответа на вопрос Мандрага относительно возгонки.

Элодин на предложение задать мне вопросы только пожал плечами и широко зевнул. Лоррен задал на удивление простой вопрос насчет мендарских ересей, и я сумел ответить четко и уверенно. Отвечая на вопрос Арвила про лациллиум, я вынужден был надолго задуматься.

Оставался только Хемме, который свирепо хмурился с тех пор, как я подошел к столу магистров.