Хроника убийцы короля [3 книги]

Слушатели около минуты в равной степени подбадривали и освистывали меня, наслаждаясь моим провалом больше, чем самой песней. Такова уж человеческая натура.

Я подождал, пока их внимание поутихнет, а потом непринужденно направился туда, где сидела Денна.

Она встала поздороваться.

— Я прослышала, что ты играешь на этой стороне реки, — сказала она. — Но не представляю, как тебя еще не прогнали, если ты проваливаешься всякий раз, как тебе подмигнет какая-нибудь девчонка.

Я почувствовал, что краснею.

— Это не так часто случается.

— Подмигивание или провал?

Я не смог придумать ответ и почувствовал, что краснею еще сильнее.

Денна рассмеялась.

— Сколько ты еще будешь играть сегодня? — спросила она.

— Не очень долго, — соврал я. Я был должен Анкеру по крайней мере час.

Она просияла.

— Отлично. Прогуляйся со мной потом. Мне надо, чтобы меня кто-нибудь сопровождал.

Едва веря в удачу, я поклонился.

— К вашим услугам, конечно. Я пойду, сразу как закончу.

Я отправился к стойке, где суетились Анкер и две служанки, разливая выпивку.

У меня никак не получалось привлечь внимание хозяина, так что я схватил его за фартук, когда он пробегал мимо.

Анкер резко остановился и едва не опрокинул на сидящих целый поднос выпивки.

— Господни зубы, парень. Что с тобой?

— Анкер, мне надо уйти. Я не смогу сегодня остаться до закрытия.

Он помрачнел:

— Такие толпы просить не будут. И сидеть без песен или еще какого развлечения тоже.

— Я спою еще одну песню. Длинную. Но после этого мне надо будет уйти. — Я смотрел на него с отчаянием. — Клянусь, я отработаю.

Он посмотрел на меня повнимательнее.

— У тебя неприятности?

Я покачал головой.

— А, тогда девчонка. — Он повернулся на крики, требующие еще выпивки, потом быстро махнул мне: — Ладно, иди. Но уж сделай хорошую длинную песню. И еще должен будешь.

Я вышел перед залом и похлопал в ладоши, привлекая внимание. Как только публика приутихла, я заиграл. Когда я взял третий аккорд, все поняли, что это «Лудильщик да дубильщик» — старейшая песня в мире. Я убрал руки со струн и начал хлопать. Скоро все отбивали в унисон ритм — ногами по полу, кружками по столам.

Грохот стоял почти оглушительный, но он немного утих, когда я запел первый куплет.

Потом я завел весь зал подпевать припев — кто со своими словами, кто в других тональностях. Закончив второй куплет, я прошел к ближайшему столику, и снова зал подхватил припев.

Потом я жестом показал людям за столиком, чтобы они спели свой куплет. Пару секунд они не могли понять, чего я хочу, но ожидания всего зала было достаточно, чтобы ободрить одного из самых набравшихся студентов прокричать свой куплет. Это принесло ему громовые аплодисменты и одобрительные вопли.