Хроника убийцы короля [3 книги]

— Что привело сегодня столько красивых молодых людей в город?

— Мы обсуждаем планы посрамления наших врагов, — сказал Симмон.

— И празднуем, — поспешил добавить я.

Вилем поднял стакан в тосте:

— Посрамление врагу."

"Симмон последовал его примеру, но я остановился, вспомнив, что у Денны нет стакана.

— Извини, — сказал я. — Можно купить тебе выпить?

— Я надеялась, что ты купишь мне поужинать, — сказала она. — Но если я украду тебя у друзей, то буду чувствовать себя виноватой.

Мой разум заметался, пытаясь найти тактичный способ выпутаться.

— Вы предполагаете, что мы хотим видеть его здесь, — резюмировал Вилем с непроницаемым лицом.

 — Однако вы сделаете нам одолжение, если заберете его отсюда.

Денна наклонилась вперед, улыбка коснулась уголков ее губ.

— Правда?

Вилем сурово кивнул:

— Он пьет еще больше, чем говорит.

Она стрельнула в меня лукавым взглядом:

— Так много?

— Кроме того, — невинно поддакнул Сим, — он будет дуться целый оборот, если упустит шанс побыть с вами. Так что если вы оставите его здесь, он будет нам совершенно бесполезен.

Мое лицо налилось жаром, меня охватило внезапное желание придушить Сима.

Денна сладкозвучно рассмеялась.

— Тогда лучше его забрать. — Гибким движением — как ивовая ветвь, клонящаяся под ветром, — она встала и подала мне руку. Я ее принял. — Надеюсь еще вас увидеть, Вилем и Симмон.

Они помахали в ответ, и мы пошли к двери.

— Они мне нравятся, — сказала Денна. — Вилем — как камень в глубокой воде. А Симмон — мальчишка, что плещется в ручье.

От ее описания я хихикнул.

— Лучше и я бы не сказал. Ты говорила об ужине?

— Я соврала, — радостно созналась она. — Но я буду рада выпить то, что ты предложишь.

— Как насчет «Пробок»?

Она наморщила нос.

— Слишком много старичья и мало деревьев. Хороший вечерок, чтобы прогуляться.

— Тогда веди, — сказал я, указав на дверь.

Она повела. Я купался в ее свете и завистливых взглядах мужчин. Когда мы уходили из «Эолиана», даже Деоч, кажется, взревновал. Но, проходя мимо него, я заметил, что в его глазах блеснуло что-то другое. Печаль? Жалость?

Я не раздумывал об этом ни секунды — я был с Денной.

Мы купили буханку темного хлеба и бутылку авеннийского земляничного вина. Потом нашли уединенное место в одном из общественных садов, разбросанных по всему Имре.

Первые осенние листья кружили по улицам. Денна сбросила туфли и протанцевала среди теней несколько па, радуясь шуршанию травы под ногами.

Мы расположились под большой раскидистой ивой, на скамейке, потом сменили ее, найдя более удобное место на земле у подножия дерева. Хлеб оказался пышным и темным, а отрывание кусков от него — прекрасным занятием для рук. Вино было сладким и легким, и после того, как Денна пригубила из бутылки, ее уста еще долго оставались влажными.