Хроника убийцы короля [3 книги]

 — Можешь сделать, чтобы «непреодолимые обстоятельства» прозвучали более поэтично?"

"— Наверняка смогу. Я опишу ей твой жалкий вид, и босоногое состояние тоже. Заложу тебе добрый крепкий фундамент попресмыкаться вдоволь.

Я улыбнулся против воли:

— Спасибо.

— Может, дать тебе выпить? — спросил он. — Немного рановато для меня, но я всегда могу сделать исключение для друга.

Я покачал головой:

— Мне надо возвращаться. У меня дела.

Я поковылял обратно к Анкеру и обнаружил, что в общем зале собралась целая толпа взволнованных людей, судачивших о пожаре в артной. Не желая отвечать ни на какие вопросы, я уполз за крайний столик и попросил служанку принести мне миску супа и кусок хлеба.

Пока я ел, мои чувствительные уши подслушивателя ловили обрывки рассказов разных людей. Только тогда, услышав эту историю от других, я понял, что совершил.

Я привык, что люди говорят обо мне. Как я уже рассказывал, я активно создавал себе репутацию. Но тут все получилось по-другому: это было настоящее. Люди успели разукрасить историю всевозможными подробностями, но сердце ее осталось прежним: я спас Фелу. Бросился в огонь и вытащил ее в безопасное место.

Прямо как прекрасный принц из сказки.

Я впервые ощутил, каково быть героем. И нашел, что мне это весьма по вкусу.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

ВОПРОС РУК

После обеда у Анкера я решил вернуться в артную и посмотреть, насколько пострадала мастерская. Слышанные мной рассказы повествовали, что пожар был взят под контроль очень быстро. Если так, то я, возможно, даже смогу закончить работу над своими синими излучателями. Если нет, хотя бы верну пропавший плащ.

К моему удивлению, основная часть артной вышла из пожара почти без повреждений, только северо-восточный угол мастерской был практически уничтожен.

Там не осталось ничего, кроме кучи битого камня, стекла и пепла. На полу и разбитых крышках столов застыли яркие потеки меди и серебра.

Более непривычным и неприятным оказалось то, что мастерская была пуста. Такой я ее никогда раньше не видел. Я постучал в дверь кабинета Килвина, потом заглянул внутрь — пусто. Понятно: без Килвина некому организовать уборку.

Окончание работы над излучателями отняло на несколько часов больше, чем я предполагал.

Ушибы и ожоги отвлекали меня, а перевязанный палец делал руку неуклюжей. Как и большинство артефактных работ, эта требовала двух искусных и ловких рук. Даже малейшая помеха от повязки становилась серьезным неудобством.

Однако я закончил проект без всяких происшествий и как раз готовился проверять излучатели, когда услышал в коридоре Килвина, бранящегося на сиару. Я оглянулся через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, как он протопал через дверь к своему кабинету, а за ним один из гиллеров магистра Арвила.