Хроника убийцы короля [3 книги]

 — Хронист посмотрел на страницу, исписанную его шифром — но аккуратным почерком Квоута. — Всю?

— Ну конечно же нет, — раздраженно отмахнулся Квоут. — Только часть. Довольно большую часть, если быть точным, но я не верю, что можно узнать все о чем бы то ни было — особенно о языке.

Он потер руки:

— Ну, ты готов?

Хронист потряс головой, пытаясь прийти в себя от изумления, положил перед собой новый лист бумаги и кивнул.

Квоут поднял руку, чтобы Хронист не записывал, и заговорил:

— Я никогда не рассказывал эту историю раньше и сомневаюсь, что расскажу еще хоть раз. — Он наклонился вперед в своем кресле. — Прежде чем мы начнем, ты должен запомнить, что я из эдема руэ. Мы рассказывали истории еще до того, как сгорела Калуптена. Раньше, чем появились книги. Раньше, чем появилась музыка. Когда зажегся первый огонь, мы, руэ, сидели вкруг него, сочиняя в мерцающем свете легенды.

Квоут кивнул писцу:

— Я знаю твою репутацию великого собирателя историй и описателя событий. — Взгляд Квоута сделался жестким, словно кремень, и острым, как осколок стекла. — При всем том не считай возможным изменить хотя бы слово в моем рассказе. Если тебе покажется, что я запутался или отклонился от темы, вспомни, что истинные истории редко избирают самый прямой путь.

Хронист мрачно кивнул, пытаясь вообразить разум, расколовший его шифр за какие-то четверть часа, — ум, который смог за день выучить чужой язык.

Квоут мягко улыбнулся и оглядел комнату, словно запечатлевая ее в памяти. Хронист обмакнул перо в чернила, и Квоут, опустив взгляд на свои сложенные руки, умолк на три долгих вдоха.

Наконец он заговорил.

— В каком-то смысле все началось, когда я услышал, как она поет. Как ее голос сплетается и соединяется с моим. Ее голос был отражением ее души: дикий и неистовый, как пламя, острый, будто битое стекло, свежий и чистый, словно клевер. — Квоут покачал головой. — Нет. Все началось в Университете. Я пришел учиться магии — той магии, о которой толкуют в сказках и легендах. Как у Таборлина Великого. Я хотел знать имя ветра. Я жаждал огня и молнии. Я желал получить ответы на десять тысяч вопросов и доступ в их архивы. Но то, что я нашел в Университете, разительно отличалось от легенд, и я был сильно разочарован. Но я думаю, что истинное начало кроется в том, что привело меня в Университет. Внезапные огни в сумерках. Человек с глазами как лед на дне колодца. Запах крови и паленого волоса. Чандрианы. — Он кивнул сам себе: — Да, полагаю, именно там все и начинается. Это во многом история о чандрианах.

Квоут потряс головой, словно избавляясь от какой-то мрачной мысли.

— Но, пожалуй, стоит углубиться в прошлое еще дальше.