Хроника убийцы короля [3 книги]

Когда я подобрался достаточно близко, чтобы расслышать разговор, мэр и старикан снова спорили. Констебль стоял рядом, сердитый и отчего-то встревоженный.

— …сказал вам. У меня нет лицензии. Мне не нужна лицензия. Что, теперь уже и разносчику нужна лицензия? Может, и лудильщику нужна?

— Ты не лудильщик, — возразил мэр. — И не пытайся выдать себя за него.

— Я не пытаюсь выдавать себя ни за кого, — оборвал его старик. — Я и лудильщик, и разносчик — и больше, чем оба, вместе взятые. Я арканист! Ты понял, груда бурлящего идиотизма?

— О чем я и говорю, — гнул свое мэр. — Мы все в этих краях люди богобоязненные и не желаем водиться с темными силами, которые лучше не трогать. Нам не нужны неприятности с такими, как ты.

— С такими, как я? — вопросил старик. — Да что ты знаешь о таких, как я? В эти края настоящие арканисты наверняка лет пятьдесят уж не заглядывали.

— Это-то нам и надо. Просто разворачивайся и езжай, откуда явился.

— Черта с два я проведу ночь под дождем из-за твоей тупой башки, — запальчиво возразил старик. — Мне не нужно твое разрешение, чтобы снять комнату или поработать на улице. Так что отойди от меня или на своей шкуре узнаешь, какие неприятности могут быть от «таких, как я».

На лице мэра промелькнул страх, который тут же смыло волной гнева. Он через плечо махнул констеблю.

— Тогда ты проведешь ночь в кутузке за бродяжничество и вызывающее поведение. Мы отпустим тебя утром, если научишься придерживать язык.

Констебль приблизился к фургону, благоразумно прижимая дубинку к бедру.

Старик выпрямился и поднял руку. Яркий красный свет заструился из передних углов фургона.

— Вам повезло, что далеко, — зловеще произнес он. — Иначе бы никому не поздоровилось.

После секундного удивления до меня дошло, что красный свет идет от пары симпатических ламп, которые старик укрепил на своем фургоне. Я видел одну такую раньше, в библиотеке лорда Грейфеллоу. Они горели ярче газовых ламп, ровнее свечей или масляных ламп и были практически вечными. Кроме этого, они чертовски дорого стоили. Я мог поспорить, что в этом городишке никто даже не слышал о таких штуках — не то что видел.

Когда зажегся свет, констебль замер как вкопанный. Но поскольку больше вроде бы ничего не происходило, он браво выпятил челюсть и продолжил путь к фургону.

Старик забеспокоился.

— Ну-ка погодите минутку, — начал он, когда красный свет в фургоне стал гаснуть. — Мы же не хотим…

— Заткни хлебало, старый пердун, — велел констебль.

Он схватил арканиста за плечо с таким видом, словно совал руку в раскаленную печь. Ничего ужасного не произошло, и констебль ухмыльнулся, снова преисполнившись уверенности:

— А будешь еще какую дьявольщину творить, я тебя долбану как следует.

— Молодец, Том, — похвалил мэр, просияв от облегчения.