Хроника убийцы короля [3 книги]

Лицо его оставалось непроницаемым, как всегда. Избегая моего взгляда, он обвел глазами всех присутствующих. Взгляд его был устремлен не на лица, а ниже. Он взглянул на руки Дедана, потом на его ноги. Потом на ноги Мартена, на ноги Геспе, на мои… Он подступил на полшага ближе к Дедану.

Надеясь развеять напряжение, сказал я, уже мягче:

— Вот когда с делом управимся, тогда поделим поровну все, что останется в кошельке. Так у каждого из нас будет в кармане немного лишних денег, когда мы вернемся в Северен. И каждый сможет потратить их, как захочет.

Потом.

Я видел, что Дедан этим недоволен, и сделал паузу, выжидая, не попытается ли он настоять на своем.

Но вместо него заговорил Мартен.

— Целый день шли, — задумчиво произнес он, как бы разговаривая сам с собой. — Выпить-то не помешало бы…

Дедан взглянул на товарища и снова выжидательно уставился на меня.

— Ну, я думаю, немного выпивки маэров кошелек потянет, — улыбнулся я. — Вряд ли маэр надеется, что мы сделаемся священниками, а?

Геспе зычно расхохоталась, Мартен с Деданом улыбнулись. Темпи взглянул на меня своими светлыми глазами, передернул плечами и отвернулся.

* * *"

"Лениво поторговавшись несколько минут, мы получили по койке в общей спальне, ужин и по кружке пива на пятерых, и все это за один серебряный бит. Управившись с этим, я нашел столик в уголке, где было потише, и спрятал лютню под лавку от греха подальше, сел, усталый как собака, и принялся размышлять, как бы отучить Дедана пыжиться на манер павлина.

Погрузившись в эти думы, я очнулся, только когда на столе передо мной очутился ужин. Подняв голову, я увидел женское лицо, обрамленное копной ярко-рыжих кудряшек, и выставленный напоказ бюст.

Кожа у нее была белая, как сливки, с редкими веснушками. Губы соблазнительного бледно-розового оттенка. Глаза сверкали опасной зеленью.

— Спасибо! — сказал я наконец, несколько замешкавшись.

— На здоровье, зайчик!

Она игриво улыбнулась глазами и откинула волосы за спину с обнаженного плеча.

— Ты как будто уснул прямо за столом!

— Да, едва не уснул. День был долгий, дорога длинная…

— Ой, жалость какая! — сказала она с шутливым сожалением, потирая затылок.

 — Будь я уверена, что ты еще останешься на ногах через час, уж я бы тебе уснуть не дала!

Она протянула руку и запустила пальцы в волосы на моем затылке.

— Ты да я, оба рыжие, — ух, мы бы с тобой зажгли!

Я застыл, как испуганный олененок. Не могу сказать отчего — может, устал за несколько дней в пути. А может, оттого, что ко мне прежде никогда не приставали так открыто и бесстыдно. А может…

Может быть, я был просто слишком молод и до ужаса неопытен. Сойдемся на этом.