Хроники Мастерграда. Книги 1-4

Он даже приподнялся со стула и посмотрел на журналиста так, как смотрят на пойманную вошь:

– А ты что здесь делаешь?

– Почему вы мне тыкаете? У нас свободная пресса! Я имею право присутствовать! –отчеканил побледневший журналист и поднырнул под руку, пытаясь обойти телохранителя, но не тут-то было! Жесткие пальцы схватили за плечо.

Глаза Иваненко стали круглыми, как блюдца.

– Пусти меня, горилла! – закричал, давая петуха и схватил за руку гиганта-охранника."

"– Ничего ты не имеешь! – рыкнул Соловьев, левое веко заметно дернулось, – Не стой в дверях и не стесняйся – иди нахрен! Выкинь его Валера отсюдова!

Виктор Александрович в свое время немало пострадал от обвинительных статей Иваненко, а сейчас такая великолепная возможность поквитаться! Губы ощерились в злой улыбке, глаза довольно блеснули. Слава богу, теперь нет причин сдерживать себя.

Лапа охранника перехватила журналиста за шиворот, потащила к выходу. Иваненко засеменил спиной вперед, часто перебирая ногами. Градом полетели вырванные с мясом пуговицы, обнажая впалую, болезненно-белую грудь. Из горла вырвались испуганно-протестующие крики и, естественно, запнулся и едва не упал, но падение на полпути остановила вцепившаяся в ворот рубашки рука. Хрустнуло. Словно куль, охранник поволок по безукоризненно чистому дубовому полу вопящую и, безуспешно сучащую ногами жертву к двери. Скрылся в коридоре. Возмущенные вопли еще несколько секунд слышались, затем затихли. Наступила относительная тишина, только из дальнего угла доносился шепот – обсуждали происшествие. Кто-то злорадно хихикал. Многие из присутствующих в свое время пострадали от статей Иваненко, так что желающих заступиться за репортера не было. Соловьев потянулся к бутылке с минералкой, открыв, налил в стакан, и с удовольствием отпил.

– Продолжим, товарищи. Я уже говорил, что сила у нас есть, – Соловьев обвел взглядом вновь притихших чиновников и предпринимателей, – Но при всех наших технологиях двадцать первого века город слишком мал, чтобы жить ни с кем не взаимодействуя. Но с кем? Южнее располагаются казахские степи. Это малонаселенный и бедный регион в котором проживают чуждые по религии и менталитету люди. В силу этого единственный выход – поддерживать отношения с московским царством, где проживают наши прямые предки и такие же православные, как и мы. Но с каких позиций поддерживать, в каком качестве? Если идти на уступки аборигенам, то обязательно посчитают слабаками и станут требовать все больше и больше. Начнут навязывать свои порядки, начнут разваливать нам хозяйство и обратного пути уже не будет. И постепенно все скатится к тому, что посадят на шею воеводу, который станет драть с нас по три шкуры во благо царя и бояр.