Хулиганка для майора

Уныло посмотрела, как из носика вскипевшего чайника идет пар, и соскочила с места. Расправила постель, включила музыку в наушниках на мобильном и легла. Но сон не шел. Басы у соседа долбили по нервам, диван, пол и стены ходили ходуном, а я… думала о Давыдове. Гнала мысли прочь, но стоило только закрыть глаза, как перед внутренним взором возникал Захар в джинсах, спущенных на бедра. Капли воды стекали по его груди, а он легким движением утирал влагу со лба.

Прикусила губу, ворочаясь на одном месте, и тихонько взвыла. Лучше бы Серёне тогда позвонила. На даче у деда не так уж и плохо. Природа, цветочки, пробежка в шесть утра…

От одной мысли об утренних пробежках сводило зубы. Но дедушка, у которого в этом году случился юбилей – семьдесят лет, бегал каждое утро, обливался ледяной водой в любую погоду и физически мог дать фору любому. Он приучал к спорту всех. Сначала маму с Серёней, особенно дядюшке доставалось, а потом и нас с Лерой. Папа бегать наотрез отказывался, а вот Генрих с удовольствием поддерживал дедулино рвение вести здоровый образ жизни. Собственно, на этой ноте они и подружились.

Я не спала всю ночь. Стоило только окунуться в объятия Морфея, привыкнув к нескончаемой какофонии, как из соседней квартиры стали доноситься ну совсем неприличные звуки. Недолго. Я было хотела прокомментировать несостоятельность мажора как любовника, но не стала.

В четыре утра в соседней квартире, наконец, воцарилась тишина, а я, пошатываясь, пошла принимать душ. Затем сделала на голове два «бублика», как в тот день, когда попала в отделение к Давыдову, натянула спортивный костюм, достала эмалированную кастрюлю и завела на мобильном будильник с повтором каждые пять минут. Поставила в настройках вибрацию на максимум, положила телефон в кастрюлю и поставила ее у стены, соседствующей с мажором."

"Метод был проверенный многократно и главное, действовал точечно на конкретного соседа и не превышал положенные законом звуковые ограничения. От вибрации, создаваемой мобильным в кастрюле, с утра могло показаться, что стены вокруг тебя пришли в движение. А чтобы доставить мажору удовольствия как можно больше, я поставила на звонок веселую песенку из «Бременских музыкантов». Из динамиков мобильного неслось задорное: «Если близко воробей, мы готовим пушку», щедро сдобренное вибрацией, а я, удовлетворенно улыбнувшись, со спокойной совестью отправилась на улицу.

Села на лавку, безбожно зевая, и стала слушать утреннее пение птиц, чуточку ежась от прохладного ветра и недосыпа. Подняв ноги, обняла колени и положила на них подбородок, изо всех сил стараясь не уснуть.

Улица оживала. Кто-то торопился на работу, самые ранние мамочки вели детей на прогулку, а я зачем-то продолжала сидеть на улице.