Хулиганка для майора

Захар не ответил, увлеченно размазывая ароматный гель по моему телу. Прислонил спиной к кафельной стене, налил несколько капель на ладонь и провел по животу.

– Понимаешь, в чем дело, – легко сминая мою грудь, начал Захар. – Я, твой мужчина, попросил тебя не водиться с Макаром.

– Ты – мой мужчина? – округлила я глаза, не до конца осознавая смысл сказанных слов.

– Разумеется. Так вот, я очень убедительно просил тебя с ним не видеться. Но ты утром следующего дня умотала с Макаром в другой город. Украла Яну и попала в отделение. Намеренно.

– Я…

Давыдов прикрыл мне рот большим пальцем, продолжая намыливать грудь. Особое внимание уделял соскам, перекатывая их между пальцами, и я была готова взвыть от переполнявшего возбуждения.

– Ты была не в родном городе, где тебя каждый мент уже в лицо знает, и мы с Серым рядом. Хуже того – ты была с Нефедовым! Аня, ты понимаешь, что он мог причинить тебе вред? Понимаешь, как ты могла попасть?

– Я же извинилась!

– Мы делаем успехи! Ты уже не обещаешь, что больше так не будешь, – удовлетворенно заявил Захар, коварно продолжая меня возбуждать. – Давай договоримся: если ты желаешь вляпаться в очередные приключения – предупреди меня.

– И что?

– И я пойду с тобой. И помогу, если понадобится помощь.

Опустив руку к клитору, он нажал на почти болезненную от возбуждения точку и прошептал мне на ухо:

– Мы договорились?

И я бы с удовольствием согласилась, но в самое ближайшее время у меня в планах было посетить гонки, а туда со своим ментом меня вряд ли пустят.

– Да, – послушно согласилась, надеясь уговорить Захара остаться в пятницу дома. Потом, позже.

– Умница, тигренок!

Давыдов смыл с меня ароматную пену, выключил воду и заботливо закутал в полотенце. Поднял на руки и понес снова в постель. Аккуратно уложил на подушки и навис сверху, опираясь на локти.

Я первая притянула его к себе, касаясь жестких губ. Захар тут же углубил поцелуй, распахивая полотенце у меня на груди. С мокрых волос Давыдова стекала вода, оставляя влажные дорожки на его шее. И я не удержалась – провела по ней языком. Захар охнул и хрипло произнес:

– Не могу больше…

Протянул руку, достал из верхнего ящика прикроватной тумбы презерватив, почти со злостью разорвал упаковку и немедля вошел, глубоко, одним движением растягивая под себя, полностью заполняя. И задвигался, снова унося в мир вальсирующих розовых пони, заставляя срывать голос от невообразимого удовольствия.

Глава 32

Оба уставшие, но довольные и умиротворенные мы нежились в постели. Я положила голову Захару на плечо и рисовала указательным пальцем узоры на груди.

– Захар, а что ты имел в виду там, в ванной, когда сказал, что ты мой мужчина? – неуверенно поинтересовалась, боясь поднять голову и встретиться с ним взглядом.