Клуб убийств по четвергам

– Вы их вчера нашли, Богдан? – спрашивает Элизабет.

– Когда Яна убили, да. Не знал, что делать. Взял день на раздумье. Может, тут ничего такого, как вы думаете?

– Боюсь, что-то тут есть, Богдан, – возражает Элизабет.

– Да. Может, и есть, – мрачно соглашается Богдан.

Элизабет уже сидит, свесив ноги в могилу. И разглядывает крышку гроба.

– Вы его вскрывали?

– Я подумал, так лучше. Проверить.

– Совершенно верно, – подтверждает Элизабет. – Вы уверены, что внутри другое тело?

Богдан, спрыгнув в могилу, снимает часть крышки, открывая кости в гробу.

– Да. Кости, где должны быть кости. Намного старее.

Элизабет задумчиво кивает.

– Так… два тела. Одно на своем месте, а другое, намного свежее, там, где его быть не должно.

– Да. Может, надо было сообщить в полицию, но я сомневался. Вы же знаете полицию.

– Очень даже знаю, Богдан. И вы правильно сделали, что пришли ко мне. Потом, наверное, придется рассказать полиции, но, думаю, еще рано.

– И что нам делать?

– Заройте все как было, если можно, Богдан. На время. Дайте мне подумать.

– Я копаю, я засыпаю, копаю – засыпаю. Все, что нужно, лишь бы сделать дело, Элизабет.

– Мы птицы одного полета, Богдан, – говорит Элизабет, думая, что надо бы позвонить Остину. Он должен знать, как тут поступить.

Она смотрит сверху на огоньки поселка. Почти все уже погасли, но окно Ибрагима ярко светится. Работает, чтобы уснуть. Молодец.

Она переводит взгляд на Богдана, который, весь в грязи и в поту, засыпает могилу землей. Обломок крышки уже прикрыл второе тело, а верхнее он всеми силами старается не потревожить. Она думает, как хорошо было бы иметь такого сына.

Глава 66

– Что-то они тут учуяли, – говорит Рон. – Так всегда бывало. Католическая церковь в любом деле урвет свой кусок.

– И все-таки, – возражает Ибрагим.

Ибрагим с Роном обсуждают, кто бы мог убить Яна Вентама.

Они проходятся по списку из тридцати имен, оценивая шансы. Сегодня здесь одни мальчики – у Джойс ночует Джоанна, а Элизабет куда-то запропала. В такое позднее время это подозрительно, но они решили все равно продолжать.

Рон требует оценивать каждого по десятибалльной шкале, и чем больше он прикладывается к виски, тем выше растут баллы. Вот уже Морен из Ларкина досталось семь из десяти, в основном за то, что она за обедом втиснулась в очередь перед Роном, а это «очень о многом говорит».

– Первая десятка – у отца Макки, Иббси, так и запиши. Возглавляет список. Что-то он закопал в какой-нибудь из могил, с гарантией, зуб даю. Золото, труп, порнографию. Или все сразу, зная, с кем мы имеем дело. И боится, что откопают.

– Неправдоподобно, Рон, – спорит Ибрагим.

– Ну ты вспомни Шерлока Холмса, сынок. Если не знаешь, кто это сделал, то… как он там говорил?"

"– Действительно, мудрый совет, – соглашается Ибрагим.