Князь

— Тебя не утоплю, — пообещал Зверев.

— Да топь, паны, ей-богу топь, — перекрестился ярыга. — На погибель он вас ведет!

— Мы в сторону усадьбы княжеской идем, подонок? — оглянулся на него новик. — Отвечай!

— Ну, в сторону усадьбы, — недовольно признал перебежчик.

— Путь самый короткий, так? Ну, а тропу через болото я знаю.

— Через Суриковскую топь хода нет.

— Заткнись, урод. Я ведь первым иду.

— Это верно, — подал голос покачивающийся в седле пан Чекрыжный. — Коли провалится — то первым. А мы завсегда к усадьбе его возвернуться сможем. Так, московит?

— Так, так, — согласился Андрей.

— Полян, Ижка, вы за ним все же приглядывайте. Как бы не скакнул куда в сторону по тропе тайной.

Холопы, что шли возле новика, угрюмо глянули на Зверева.

— Не бойтесь, — улыбнулся им Андрей. — Вам утонуть не суждено. Это я точно знаю.

— Ты иди, иди, — подтолкнул его тот, что нес оружие. — Я на болоте ночевать не хочу.

— Не распускай руки, холоп! — моментально вспылил Крошинскнй. — Он хоть и полонянин, а боярин родовитый — не ты, смерд вонючий!

Андрей оглянулся. Польская рать вытянулась в длину чуть не на километр, хвост ее еще только подступал к краю болота и находился в полной безопасности.

Да и вообще: что-то больно спокойно тут было для смертоносной топи. Хотя предупреждения ярыги свое дело сделали: пан Чекрыжный от проводника метров на пятьдесят отстал. Опасался провалиться, коли голова колонны в яму какую ухнется.

Тут под ногой что-то чавкнуло, оставшийся след быстро наполнился водой.

— Я упреждал, упреждал! — радостно взвизгнул перебежчик.

Зверев остановился.

— Ты чего, кузен? — поинтересовался князь.

— Опасаюсь, как бы с тропы не сбиться, — перекрестился Андрей.

 — Пожалуй, помолюсь я, прежде чем дальше идти.

Он опустился на колено прямо в снег, плюнул в ладонь и со всей силы, как можно глубже, загнал вниз руку, растопырив на ней пальцы в «лягушачью лапку». Пальцы ощутили прикосновение неожиданно теплой влаги, и новик негромко забормотал заветные слова.

— Странно ты молишься, кузен, — хмыкнул Крошинский. — Ровно на стену запрыгивать сбираешься.

— Как умею, — ответил, выпрямляясь, паренек. — Кажется, вспомнил, куда дальше идти. За мной!

Он решительно двинулся дальше — и не то что вода перестала в следах чавкать, но и наст приобрел нежданную прочность, удерживая на себе людей, словно скованный стужей лед.

Андрей, теперь уже не оглядываясь, шагал вперед вперед, лишь иногда пиная высоко выпирающие кочки. Снег осыпался, обнажая кислую мороженую осоку. Значит, болото. Деревьев нет никаких, даже совсем больных. Похоже, снизу началась настоящая топь, на которой корням цепляться не за что. Самое подходящее место для тех, кто желает расстаться с жизнью.

— Ну, скотина, — оглянулся он на предателя.