Князь

Повернув за знакомую излучину, князь не поверил своим глазам: на краю скромной, если не сказать — нищей деревеньки возвышался новенький дом в два жилья, да еще с обширной подклетью! Строение, мало уступающее размерами дому самих бояр Лисьиных. Рядом с пляжем для выволакивания лодок появился добротный причал, окрест селения, судя по длинным плетням, расползлись огороды.

«Заблудился?» — неуверенно предположил он. Все же речные берега и лесные излучины везде похожи друг на друга, как и чувашские селения. Да еще до неузнаваемости засыпанные снегом и замаскированные сугробами и снежными горками.

После перерыва в несколько лет недолго и обознаться.

Однако же, если заблудился — проще дорогу спросить, нежели плутать непонятно где. Князь Сакульский свернул с ледяной дороги, поднялся на берег, спешился у крыльца. Неуверенно оглядываясь, поднялся к двери, постучал:

— Есть кто живой?

— Все живы, все, не беспокойся, — навстречу вышла Варя в длинном вышитом сарафане и беличьем распахнутом полушубке. — Так медленно идешь, ровно не в своем уделе, княже.

— А-а-а, — на миг растерялся Андрей, потом не оглядываясь приказал: — Полель, Изольд, коней расседлайте! — Переступил порог и, едва позади захлопнулась дверь, смял в темных сенях любимую, прижал к себе, утонул в горячих поцелуях.

— Тихо, люди кругом! — через минуту спохватилась наместница, отпихнула Зверева, чинно вошла из сеней в дом. В горнице скакал на палочке, украшенной конской головой, совсем уже большой, пухлый, крепкий и розовощекий Виктор, что приехал на новое место младенцем — а ныне уже бодро и умело махал деревянной сабелькой с залитой свинцом рукоятью и игрушечным копьем — если так можно назвать самую настоящую, не раз попившую крови отцовскую сулицу.

Тут явно чувствовалась рука Пахома, готового дать мальчику нож вместо погремушки прямо в колыбель.

— Вот это вымахал! — как-то сразу узнал его Андрей. — Ну-ка, иди сюда, обниму!

— Иди, сынок, обними отца своего… крестного, — приказала хозяйка. — Князя нашего.

Недовольно набычась, мальчишка спрятал сабельку в ножны, прислонил ее к стене, вытянул из-под себя лошадку, аккуратно пристроил к креслу, как к коновязи, подбежал к Звереву, быстренько обхватил за ноги, словно отбывая повинность, и немедленно вернулся к своему занятию.

— А где Андрей, Пахом, Карасик? — огляделся князь.

— Исполчили. В Ромоданово сбор назначен — нести службу при Атемарской засечной черте. С холопами и ушел. Иной дружины пока нет.

— Атемарская черта — это для новика хорошо, — кивнул Андрей, — оттуда уже давно тревожных вестей не поступало. Но почему призвали? Здесь ведь округ Казани, закон старый, земский! Здешних детей боярских я сам исполчать должен!

— Призвали, — смиренно пожала плечами женщина.