Князь

Со свенами мир полюбовный, с датчанами мир, браком скрепленный, в Польше Иоанн Васильевич и вовсе на трон ныне садится. Мыслю, мир для отчизны мы на одно-два поколения ужо добыли, и сабли наши там ныне ни к чему. Во дворцах и думах сидеть я не привыкший, в имении на печи киснуть тоже дело не княжеское. Может, и правда, махнуть через море-окиян, удаль да сноровку показать? Что скажешь, Полинушка?

— Земли дикие языческие мне вовсе ни к чему, — покачала головой княгиня. — Но коли дети наши на глазах останутся, то и сердцу материнскому спокойнее выйдет.

— Едем! — обрадовался княжич. — Едем, Юрий Семенович, непременно едем!

Гранд Гильермо степенно кивнул, поняв все и без перевода. Снова заговорил.

— Раз ты знаешь больше всех и достаточно знатен, то ты, вероятно, пожелаешь возглавить экспедицию? — повторил за ним князь Друцкий.

Сомнения гранда были понятны и обоснованы. На приказы своего короля он теперь ссылаться не мог — раз уж намеревался пойти вопреки его воле. Армия для освоения новых земель должна была выбрать предводителя, который устроил бы всех. Но кто будет старшим — тот, понятно, и окажется правителем новых земель. И перед всеми знатными людьми немедленно вставал вопрос будущего наследования и местничества.

— Как мудро заметил Юрий Семенович, — тщательно подбирая слова, ответил Андрей, — сами мы вряд ли успеем насладиться благами своего труда. Они достанутся детям. Дети Карла и Пребраны — мои внуки. Дети Пребраны и Карла — твои внуки. Не будем с самого начала затевать лишних сложностей. Изначально сочтем за главного воеводу гранда Карла де Кераль. Себя же назначим его помощниками. Коли новые земли мы собираемся добывать для детей, пусть они сразу и становятся их полновластными владетелями.

— Да, это мудро, — на этот раз ответ гранда Гильермо был ясен без перевода. Ведь предложенный вариант устраивал отца жениха точно так же, как и Андрея.

Распахнулась дверь, в зал буквально ворвалась донья Каталина де Кераль, сдержанно поклонилась, заговорила — видимо, извиняясь за опоздание. На этот раз она была одета строго, по королевскому этикету, в глухое бальное платье. Перевода гости не получили — вслед за ней появились полубегом молодые люди с тяжелой священной книгой. В зале они перешли на шаг, водрузили тяжеленный томик на край стола. Гранд Карл де Кераль вдруг заметил матушку, поклонился. Оглянулся на отца. Тот кивнул. Юный гранд приосанился, осенил себя крестом, положил руку на Библию, торжественно произнес клятву, после чего еще дважды перекрестился и поцеловал Писание.

— В точности все сказал, — на этот раз перевел оказавшийся ближе Ермолай. Дядюшка о чем-то шептался с Полиной.

Гранд протянул священную книгу Андрею. Опустился на колено. Рядом опустилась и Пребрана.