Князь

Над стенами густо и часто засвистели пули, ядра начали рвать башни, пытаясь нащупать укрытых внутри пушкарей.

— По фашинщикам бейте, по фашинщикам! — покрикивал, прогуливаясь за спинами стрельцов, князь Волынский, одетый на этот раз в ширококольчатую байдану и островерхую ерихонку. Туго затянутый широкий ремень загнал его обширный живот куда-то глубоко внутрь, на солнечном сплетении сверкало зерцало с языческим ликом Ярила-солнца, плечи в толстом поддоспешнике раздались в стороны. — По фашинщикам! В аркебузиров токмо порох зря изводить. Фашинщиков — они на виду! Чем больше сейчас побьете, тем меньше потом на стены полезет!

Андрей, помня свое звание, пока не вмешивался, а только наблюдал. Но с воеводой был согласен. В засевшего в траншее аркебузира еще попробуй попади — а бегун с мешком весь открыт. Только перезаряжать успевай.

Атака закончилась только к полудню. На земле вокруг Полоцка корчилось либо уже умерло несколько сотен незваных гостей. Но добиться своего им, увы, удалось: в нескольких местах ров вокруг крепости был засыпан полностью, от берега и до берега. Горожане уже пытались бросать вниз горящие факелы, но фашины не занимались. То ли были хорошо вымочены, то ли слишком густо засыпаны сверху землей.

— Теперь им только башню расколотить осталось, пролом устроить, и они внутри, — подвел итог князь Сакульский.

Словно услышав его подсказку, бодро и яростно загрохотали пушки из сап, засыпая ядрами северную и южную угловые башни. Вблизи каждой уже имелось по широкому проходу через ров.

Пушки города ответили не менее рьяно, норовя вогнать чугунные ядра в бойницы сап или хотя бы рядом с ними. От грохота закладывало уши, стены буквально подпрыгивали от попаданий и отдачи, стрельцы, не имея других целей, теперь норовили пробить головы аркебузирам — последние отвечали тем же. Андрей готов был поклясться, что самое меньшее дважды полоцкие ядра попадали точно в цель, куроча земляные брустверы и опрокидывая пушки. Наверняка сейчас оттуда уносили искалеченных артиллеристов, а может, и оказавшихся слишком близко «снайперов».

Правда, современная пушка штука простая и прочная: толстый ствол, дырка для заряда да запальное отверстие. Посему сломать ее, вывести из строя — дело почти невозможное. И вскоре заткнутая было сапа снова оживала и начинала стрелять. Со стен крепости тоже время от времени уносили убитых. Раненых почти не было: прячущегося за толстыми зубцами стрельца пуля если и поражала, то только в голову.

Яростная перестрелка уже через пару часов начала стихать сама собой: обе стороны спалили столько пороха, что и город, и траншеи утонули в непроглядном дыму. И пушкари, и стрелки просто перестали видеть, куда целиться.