Князь

— У меня осьмнадцать душ сгинуло, — добавил князь Дмитрий Щербатый, — да увечных два десятка.

— Я запретил стрельцам наружу лазать, — хмуро сообщил дьяк Лука Раков. — Коли стрелять обучены, пусть стреляют, пожарников охраняя. На стены токмо охотников из горожан дозволил выпускать. Их и потерял ровным счетом два десятка и трех увечных.

Дьяк Михаил Ржевский промолчал. Видимо, его участку стены сегодня повезло.

— Это верно, — кивнул воевода. — Стрельцов беречь надобно. Ведро воды плеснуть каждый может, с зельем же огненным управляться навык немалый нужен. Пусть стрельцы пищалями занимаются. Да упредите всех крепко, дабы заряды закладывали полностью, пороха мимо не просыпая! Ибо сказывают иные сотники, ратники, отдачи опасаясь, недосыпают пороху при выстреле, отчего пули летят слабо и недалеко. Но сие не самое важное, ради чего я вас всех здесь собрал. Сегодня в город вестник из-за реки перебрался с письмом от князей Шеина Бориса и Шереметева Федора. Указ они получили от государя с ратью к нам в помощь идти. А также послана к нам пушка «Свиток» силы невиданной. Ее недавно выгрузили в Опочке и ныне она на пути к Полоцку, сегодня должна миновать Себеж.

— Это славно! Весть добрая! — повеселели воеводы.

— Нам бы еще неделю продержаться, други. Там силы прибудет, отгоним погань басурманскую обратно в польские земли! Во славу Господа нашего, Иисуса Христа.

— Не посрамим имени русского, — перекрестились воеводы. — Не отдадим город схизматикам и басурманам на поругание!

Служивые люди разошлись, торопясь донести до людей радостное известие. Андрей дождался, пока закроется дверь, и спросил:

— Князь Шеин отписал, сколько у него сил?

— Он отписал, пушка новая столь совершенна, что стреляет далее, нежели на версту, — уклончиво ответил воевода.

— Я угадаю, — предложил думный дьяк. — Верно, у него татары или казаки?

— Казаки, — признал воевода. — Как ты догадался?"

"— Иоанн признал зимой, что нет у него свободных сил. Каждый человек, службе годный, при своем месте стоит. Исполчить остальные земли столь быстро государь тоже не мог. А вот с татарами и казаками у государя никаких сложностей. Черный мор мимо них прошел. Этих воинов на Руси в достатке.

— Государь мудр. Он придумает, как нас спасти.

— Наше дело не спасаться, княже, — покачал головой Андрей. — Наше дело ляхов истреблять. Всех наемников баториевых. Османских, немецких, польских. Чем меньше их в живых останется, тем легче земле русской, тем меньше бед она переживет. Мы должны их просто убивать. Убивать, пока достанет сил.

— Ты знаешь что-то, чего не знаю я, Андрей Васильевич? — ласково поинтересовался воевода.

— Война будет долгой и трудной, княже. Победа достанется большим трудом и немалой кровью.