Князь

А так я Юргену Вулленвеверу сразу мешок с сотней талеров на стол кинул, да и сказал, что полтора пуда золота за тысячу рабов плачу. Пятая часть ему за хлопоты пойдет, прочее он может торговцам отдать, когда властью своей товар изымет. Дабы те тоже не в убытке остались и недовольства не проявили. Полтора пуда золота! У него аж дыхание перехватило. Чего там, у меня и у самого перехватило, как я первый раз твою добычу увидел. В общем, взял бургомистр Юрген задаток да поклялся, что весь товар к четвертому дню в порту города нас ждать будет. Он — товар дает, я — золото.

— Если только он, как ростовщик стокгольмский, нас бандитам не сдаст. Уж очень удобно: сперва золото получить, а опосля товар назад вернуть.

— А без сего риска по морю Варяжскому плавать вовсе невозможно, — развел руками князь Друцкий. — Раз отбились, авось и дальше нас Господь не оставит.

— Тысячу рабов… Может, часть посадить на каракку?

— Твой англичанин, Андрей Васильевич, сказывал, работу на ней поперва сделать надобно. Задаток истребовал.

— А, помню, трюм разгородить…

— Князь Юрий, — появился в дверях лавки капитан.

— Да, иду…

За край Земли

Следующие пять дней князь Сакульский лежал. Сперва лежал в комнате пропахшего селедкой и дешевым пивом трактира, потом — в просторной каюте нефа, за кормой которого, прямо под окном, плескалось море. Пахом не отходил от своего воспитанника ни на шаг, поминутно хватаясь за саблю, словно кто-то на корабле мог угрожать его господину. Сам приносил еду, вино, сам поправлял постель, открывал или закрывал окно, когда воздух становился слишком свежим.

"— Ты бы, чем меня караулить, — наконец не выдержал Зверев, — лучше бы сундук мой с ушкуя привез. А то самому мне туда перебираться тяжело будет.

— Зачем тебе, княже? Разве тут чего не хватает?

— Нужно, Пахом. Не хочу дважды наступать на одни и те же грабли. Очень нужно. Прямо сейчас.

— Дык, не вернулся еще ушкуй.

— Откуда?

— Из Любека. Людей он наших и невольников часть за караккой повез. На два корабля сразу нас не хватает.

— Где же мы?

— У острова Фюн, в бухте Оденса. Князь Юрий Семенович сказывал, ты короля датского увидеть хотел.

— Хотел, — приподнялся на локтях князь Сакульский. — А разве столица Дании не Копенгаген?

— Про столицу не ведаю, княже, а король здешний на острове этом живет. Сказывают, зело покушений ла себя боится, а потому живет на отдельном острове. Посередь острова озеро повелел выкопать, а на озере из тысячи дубов корабль огромный построил и плавает постоянно по кругу, дабы никто чужой добраться до него не мог.

Зверев только хмыкнул. Организатору стокгольмского «праздника», пожалуй, было кого бояться.